[gallery]
О «копанках», нелегальных шахтах на востоке Украины, знают все, но никто ничего с ними не может сделать (или не хотят). Шахты-нелегалы, либо – «копанки», являются со второй половины девяностых серьезнейшей проблемой Луганской области, об этой проблеме говорилось и писалось множество раз. Говорили о том, как шахтеры, на свой страх и риск, самостоятельно добираются до угольных пластов и продают добытое кустарным способом «черное золото». Писали, что это все вполне можно трактовать, как расхищение природных ресурсов государства.
И что с того? Как были «копанки», так они и есть. Множество раз объявляли им беспощадную борьбу. И что с этого?
Ситуация с копанками – это как бы вся наша любимая Украина под микроскопом. Их владельцы зарабатывают свои первые деньги, создают компании и переезжают в Донецк или Киев. Там переходят на высший уровень бизнеса: на их грязные дела закрывают глаза уже не местные чиновники и милиция, а министры. Так у нас зарабатывают состояния.
Прошли годы, а объемы продаж нелегального угля практически не сократились, а скорей возрасли. Стандартный путь легализации – уголь отвозят на специальные площадки, где его смешивают с официально добытым, эту смесь загружают в вагоны, а затем везут на промышленные объекты. Схема простейшая, но успешно действует и по сей день. Кто финансирует нелегальные разработки и кто прикрывает их на местном уровне, в достаточной степени является секретом Полишинеля. К слову, «инвестор», как правило, является бывшим сотрудником администрации какой-нибудь свежезакрытой шахты. В его распоряжении, кроме больших, по местным меркам, денег, есть еще и старые маркшейдерские карты сороковых годов.
Данных официальной статистики по количеству «копанок» нет. Называются самые разные цифры – от 200 до 1,5 тысяч.
Результатом такого метода добычи являются и человеческие жертвы, и отток профессиональных кадров с госпредприятий, особенно оттуда, где есть проблемы с зарплатой, и экологические последствия. Поскольку «копанки» работают незаконно, то и никто ни о какой экологии и не думает, бревна для крепежей ствола и штолен берутся в близлежащих посадках! Кроме того, выработки, которые порой достигают сотни метров в глубину, остаются нерекультивироваными. Для рекультивации (с соблюдением всех технологий до восстановления плодородного слоя почвы) 1 га «рытвины» глубиной 3-5 метров необходимо 50 тыс. грн. Шахты бывают глубиной даже до ста метров, и находятся вблизи застроек. Представьте, если какой-нибудь ребенок заинтересуется такой шахтой… Вокруг некоторых шурфов около линии высокого напряжения земля проваливается. Только не подумайте, что это какие-то горе-норы. У этих «кротов» такие машины, что не поверите: современные экскаваторы и комбайны!
Например, как копанка под городом Лутугино. Тут уголь лежит на поверхности и добывается карьерным способом. Копанки неглубокие, но зато огромные, иногда даже размером с футбольный стадион. Даже в воскресенье вечером тут работают несколько мощных экскаваторов, а уголь складывается в грузовики. За три или четыре километра оттуда расположен милицейский участок, а с шоссе хорошо видны огромные горы земли. Но до сих пор ни один милиционер гигантской копанки не заметил.
Когда залежи угля в копанке исчерпываются, владелец ее попросту оставляет. После копанки остается огромная яма в земле и валы вокруг, а добыча переносится в другое место. «Кроты» нигде не копают в слепую, у них есть геологические карты и они знают, где есть уголь.
Копанки, как называют шурфы местные, - прекрасный бизнес: достаточно собрать несколько безработных горняков и дать им в помощь несколько пьяниц. Будут работать за гроши. И не нужно переживать о трудовом праве. В этом году в трагедии в шахте в Суходольске погибли 28 горняков. Всего у 28 рабочих на поверхности остались в общей сложности 28 детей, из них 13 несовершеннолетних. Никто за это не сел.
Чтобы продать уголь из копанки, нужно получить документы, подтверждающие, что он добыт легально. С этим тоже нет проблем: в Донбассе, издавна являющемся центром советской промышленности, есть много шахт. Достаточно иметь в какой-либо из них приятеля, который за небольшую долю в прибыли достанет нужную бумагу. Естественно, от этого страдают простые шахтеры – увольняемые или отправляемые в отпуск, потому что шахта, которая добывает уголь фиктивно, не должна уже добывать его по-настоящему.
Милиция этому никоим образом не препятствует, поэтому все вокруг убеждены, что она также участвует в мафии.
И понятно, налогов с этой деятельности никто не платит, правила техники безопасности шахтеров не соблюдаются.
Словом, суть многолетней застарелой проблемы ясна, и было похоже на то, что такое положение дел устраивает всех – и безработных шахтеров, нашедших работу «по специальности», – вспомните, во время так называемой реструктуризации угольной промышленности в Луганской области из 99 шахт было закрыто 44 и 35 тысяч горняков остались без работы, – и руководство области, которое должно было бы их трудоустроить, – из полагающихся почти 2 млрд. грн. компенсаций область получила только 624 млн., при этом создание новых рабочих мест и экологические мероприятия профинансированы в лучшем случае на 30% от необходимого.
Так что закрыть шахты-копки, в принципе, возможно. Но решение этого вопроса лежит не в мерах ликвидации этих шахт. Для решения этого вопроса целесообразно нейтрализовать те условия, благодаря которым он существует. Необходимо делать так, чтобы реализовывать полученный таким образом уголь стало невыгодно. Специалисты выделяют несколько вариантов. Например, введение сертификатов либо иных документов на каждую партию угольной продукции, которые бы делали прозрачной каждую партию, которая в дальнейшем выбрасывается на угольный рынок. По этим документам было бы целесообразно отследить всю цепочку посредников, через которые прошла эта партия. Еще вариант: силами центральных властей можно увеличить квоты на закупку угольной продукции, подчиненной предприятиями до такого уровня, который бы намного превышал партии добытого угля незаконным путем. Мощности по незаконной добыче достаточно малы в промышленных масштабах. Поднять минимальный порог такой квоты – и уголь, добытый незаконным путем, будет просто выдавлен с рынка.
Методов борьбы с копанками существует большое количество, но в нашей стране ни один из предложенных методов борьбы не подействует. Как говорил классик «Разруха не в клозетах, а в головах», пока на смену старым политикам, с их уже установившимися методами и принципами работы, не прейдут новые, с новыми принципами, нам обычным гражданам не следует ожидать каких-либо изменений к лучшему.
Специально для «Трибун», политолог Яценко Екатерина
