Соседствующие между собой Лисичанск, Северодонецк и Рубежное с началом военных действий остались единственным сосредоточием, индустриальным узлом промышленности области. Вся остальная промышленная база Луганщины осталась на юге, в зоне оккупированной «ЛНР».
В указанных городах в конце XX - начале XXI века почили с миром (фактически не действуют) ряд ведущих предприятий: содовый завод «ЛИССОДА» (на заглавном фото), нефтеперерабатывающий завод «ЛИНОС», стекольные заводы «Пролетарий» и «Мехстекло» в Лисичанске, завод «Краситель», чулочная фабрика, ЖБИ и силикатный завод в Рубежном. Отдельные предприятия из названного списка – разворованы и порезаны на металлолом. Другие принадлежат известным украинским олигархам и политикам, которых, видимо, совесть не только не мучает, но и позволяет идти на очередные выборы с гуманистическими лозунгами.
Доходило до абсурда, как в случае с Дунаевским содовым заводом.
И все же, промышленность в «треугольнике» городов жива. Северодонецкий «Азот», рубежанские «Заря» и «Картонно-тарный комбинат», ряд менее крупных предприятий (в т.ч. научных) обеспечивают рабочие места и налоги. Конфликт на Донбассе внес серьезные коррективы. Сегодня многие производственники главной целью ставят не получение прибыли, а элементарное – выжить и сохранить производство и персонал.
Завод "Краситель" в Рубежном (апрель 2015)
%photogal%
Позиция власти
«Власти хвастать нечем – промышленность Луганщины в сложном положении», - рассказывает заместитель председателя военно-гражданской обладминистрации Елизавета Пушко-Цибуляк. Чиновница прогнозирует – удельный вес сельского хозяйства в экономике области при сегодняшних тенденциях может вскоре сравняться с промышленностью. Количество работающих с начала военных действий уменьшилось на 300 тысяч или 70%. Ранее областная власть заявляла о 86%-ном падении промышленного ресурса Луганщины.
Ключевой вопрос для тех, кто остался на плаву - устойчивое энергоснабжение. Луганская ТЭС в Счастье и линии электропередач регулярно страдают от боевых действий и поломок.
Из-за этого область часами сидит без света. «Обеспечить стабильное энергоснабжение - наша первоочередная задача. Решение - подключиться к единой системе Украины для того, чтобы крупные производители могли заработать на большую мощность. Без этого говорить об экономическом росте нельзя», - отмечает собеседница.
– Какие еще сложности у предприятий области в связи с боевыми действиями?
– Производители разного уровня массово покинули территорию Луганщины. Они или свернули производство вообще, или перерегистрировались в Киеве. Фактически сохранив свои предприятия на территории нашей области, они платят налоги в другой бюджет. Наша цель – вернуть их и привлечь новые. Департамент экономики облгосадминистрации изучает, какие мы можем предложить правительству новые решения. Не важно, что это будет - зона сводной торговли или территория приоритетного развития на базе Луганской области. Важен принцип: бизнес должен получить какие-либо уступки-преференции. Например, право завозить импортное оборудование без соответствующего растаможивания. Тогда они будут заинтересованы идти к нам, а не в другую область. Мы планируем собрать предложения и согласовать механизм льгот с Кабмином примерно за полгода. Стабильное энергоснабжение – главная, но не единственная просьба к власти. Кроме этого, крупный бизнес просит содействия в поисках новых рынков сбыта, а также налаживании логистики и транспортного сообщения.
– Как обстоят дела с малым и средним бизнесом?
– В области есть государственная программа поддержки малого и среднего бизнеса. К сожалению, есть сложности с ее финансированием. В сегодняшних условиях частные предприниматели не выехали, а продолжают работу. Даже в магазинах населенных пунктов на передовой представлен довольно полный ассортимент продуктов. Открываются аптеки, как, например, в Новотошковке. Представители малого бизнеса просят инициировать возмещение компенсации ущерба разрушенных складов и торговых точек. Очевидно, этот вопрос также необходимо поднимать на уровне Кабинета Министров.
Лисичанский содовый завод "до"...
...и "после".
Средний бизнес мечтает о большем
Компания «Микрохим» в следующем году отметит 25-летие. За время существования производитель лекарственных средств (в таких отраслях медицины как кардиология, гипертония) по отдельным признакам шагнул в ряды представителей среднего бизнеса. На предприятии - 186 сотрудников. Экспортирует продукцию в страны ближнего зарубежья, начинает осваивать европейский рынок. Из-за боевых действий фармпроизводитель также понес значительные убытки. Об этом рассказал изданию «Трибун» финансовый директор компании Илья Адамчук.
– 25% наших украинских потребителей жили в Крыму и в нынешней зоне АТО. Донбасс – особое место. Рынок, который мы потеряли на Донбассе - это густонаселенные промышленно развитые районы, с большими коллективами. В «горячее» для Рубежного время, в 2014 мы вообще работали в аварийном режиме. Каждый день думали, оценивали возможность переезда - для сохранения нашего производства.
– Как государство помогает производителям-фармацевтам? Какой Вы видите промполитику в будущем?
– Первое – это доступное кредитование бизнеса. Думаю, это пожелание поддержат и коллеги из других сфер. В фармацевтике от начала разработки препарата до получения коммерческой прибыли проходит несколько лет. Все это время необходимо платить зарплату персоналу, научным кадрам, регистраторам, потратиться на реактивы, оборудование. Сегодня украинские кредиты очень дорогие. В этих условиях их брать нецелесообразно. Если бы были, как в Европе, 3-5% в год, то наша отрасль развивалась бы
динамичнее, лекарства быстрее становились более доступными, а их ассортимент более широким, в целом, мы быстрее поспевали бы за Западом. Думаю, этого хотят не только фармацевты, а любые украинские производители.
Второе – это прозрачность и простота налоговой системы. По исследованиям Европейской бизнес-ассоциации, наши бизнесмены оценили ее в 1,9 из 5 возможных баллов, причем именно средний бизнес давал самые низкие оценки. Это естественно, так как именно средний бизнес испытывает наибольшее давление в Украине. Он уже зарабатывает что-то существенное и представляет интерес для фискальных органов, но еще не имеет ресурса, в том числе и административного, эффективно противодействовать необоснованным претензиям со стороны налоговых органов. Большой бизнес фактически слит с политикой и законодательно лоббирует свои интересы. Поэтому от налогового законодательства мы хотим простоты, прозрачности, неизменных в течение длительного времени правил игры, а от фискальных органов – реального партнерства. Ведь наши результаты – это и их результаты тоже.
– Одна из реформ Кабмина – сокращение количества налогов...
– Да, количество налогов снизилось. Но, в основном, это было их объединение, а не упразднение. Еще хотелось бы, чтобы стало проще администрирование налога на добавленную стоимость, а его возврат налогоплательщикам - автоматическим. Множество схем ухода от налогов в Украине сейчас касаются именно НДС. Сложность и, как кажется многим украинским предпринимателям, надуманность в администрировании этого налога лишь создают мутную воду, в которой не стремится поймать рыбку только лентяй. Государство стимулирует фармацевтов индивидуальными условиями НДС. Но из-за этого в отрасли сложилась ситуация, когда мы не стали больше отчислять в бюджет ни на копейку, но потребителям стало тяжелее. Человек автоматически стал платить на 7% дороже за лекарства. Если говорить об украинских производителях, НДС на лекарства для них нужно отменить вообще.
– Как обстоят дела с проверками разрешительных органов?
– Считаю, что контроль и регуляторная политика в нашей сфере должны быть жесткими, но без перегибов. Одно дело, к примеру, кусок колбасы, когда потребитель с использованием своих знаний и опыта в состоянии выбрать более или менее качественный продукт. В нашем случае человеку приходится доверять свою жизнь или здоровье производителю лекарств. Законодательство европейских стран в этой области, их регуляторная политика могли бы служить положительным примером для наших законодателей. Но перенять этот опыт полностью у нас пока не получится. В Украине нет страховой медицины. Так что (это еще одно из пожеланий), реформы, направленные именно в эту сторону, помогут сделать фармацевтический рынок более упорядоченным и сбалансированным, а лекарства – более качественными и доступными для людей.
Европейский опыт
Прогрессивные страны сотрудничают с промышленностью так: обеспечивают льготное кредитование, привлекают иностранные инвестиции, стимулируют экспорт или используют другие меры. Государственных предприятий, кроме как в стратегически важных отраслях, нет.
Показательна в этом Польша – наш бывший союзник по социалистическому лагерю. Здесь важными считают оборону и энергетику. Для остальных отраслей государство организовывает специальные экономические зоны (СЭЗ). Предприятия, размещённые на соответствующих территориях, получают скидку по уплате налога на прибыль в размере 30-70% от объёма сделанных капитальных инвестиций или 100% фонда оплаты труда за два года. Объём инвестиций при этом должен быть не менее 100 тыс евро, также необходимо создать новые рабочие места. Если компания нарушила условия – она теряет разрешение на работу в рамках СЭЗ и обязана вернуть государству все налоговые преимущества и компенсировать льготы, которыми пользовалась при получении кредитов.
«Такая чисто “менеджерская” помощь, без прямого субсидирования, экономит бюджетные деньги и минимизирует коррупционные риски. Но добиться эффекта от таких мер сложнее, и их реализация требует больше времени, чем субсидии, которые могут дать результат сразу же», - резюмирует аналитик информационной кампании «Сильнее вместе!» Денис Горбач.
В странах Евросоюза не отказались от «нашего» подхода – субсидирования. Там считают допустимым помочь отрасли, переживающей плохие времена: финансировать конкретные меры, рассчитанные на долговременный эффект. Субсидии выделяются, хотя и считаются скорее исключением, чем правилом. Главные инструменты обычной финансовой помощи – это гранты (54%) и налоговые льготы (40%). Меньше значения имеет помощь в получении кредитного финансирования, что и неудивительно, учитывая, что в ЕС кредитные ставки и без того близки к нулевым.
Украина перед выбором
Вопреки расхожему мнению, объем промышленного производства в Украине начал падать не с началом войны на Донбассе, а еще со времен мирового кризиса 2008, с небольшим перерывом в год проведения в нашей стране Чемпионата Европы по футболу. Рассказывает Денис Горбач.
Промышленность – это 20% ВВП Украины, 16% рынка рабочей силы и 75% товарного экспорта, поэтому от нее напрямую зависит «самочувствие» гривны. Удельный вес промышленности в украинской экономике сокращается. К этому привели проигрыш другим странам в уровне инвестиций, сокращение доходов населения, планомерное вытеснение с рынка России (задолго до конфликта), заоблачные кредиты для производителей. По сути, предприятия все время «проедали» запас, сделанный в советское время: работали “на честном слове”, ремонты и обновления проводились только в экстренных ситуациях, а доступные средства вкладывались в решение более острых и неотложных проблем. Но со временем “отложенные” проблемы накопились и стали главным тормозом дальнейшего развития промышленности.
Первый шаг Украины в строну прогресса сделан. Верховная Рада приняла Закон “О государственной помощи субъектам хозяйствования”, вводящий европейские принципы в этой сфере. Он вступит в силу в 2017 г. - до этого времени необходимо разработать и принять все необходимые подзаконные акты.
