Сегодня мы пообщались с Семеном Перцовским – заслуженным журналистом Украины, писателем, сценаристом, редактором, известным не только в Северодонецке, но и во многих городах Украины, за ее пределами. Сейчас Семен Аронович живет вдали от дома, но продолжает заниматься волонтерством, работать над книгой о родном Северодонецке. Планирует после Победы, в которой уверен, обязательно вернуться и способствовать его восстановлению.
Начнем с, пожалуй, самого популярного вопроса в Украине. 24 февраля. Как вы узнали о полномасштабном вторжении и как провели тот день?
Об этом первыми нам сообщили взрывы за окном. С нашего дома в юго-восточной части города начинается Северодонецк. Мое окно выходит на аэропорт, который сразу обстреляли. Были звонки от сыновей, информация по телевидению. Думаю, городу у линии соприкоснования не нужно было избавляться от проводного радио.
Что делали? Обклеивали окна крест-на-крест бумажными лентами и скотчем. Собирали документы. Разговаривали с друзьями. Но об эвакуации пока речь не шла.
Верили ли вы в начало полномасштабной агрессии России в 2022 году?
Нет. Хотя чувствовалось, что предстоит эскалация военных действий. И что наш край тем или иным образом они коснутся больше, чем было с 2014-го.
Каким вы запомнили Северодонецк в первые дни вторжения? Чем занимались в эти дни?
Было ощутимо, что город под защитой. Посетил бомбоубежище в районе соседней школы №18, увидел, что о людях беспокоятся, что они ведут себя подобающим образом. Нас пригласили в свой подвал коллега жены Галина Цымбаленко и ее муж Юрий. Две недели провели там с другими соседями. Спали на стульях. Угощали друг друга. Юрий не давал падать духом своими остроумными историями из армейской службы и работе на «Скорой». Все волновались о детях, родных. Когда обстрелы стихали, бежали домой, могли наконец-то воспользоваться телефонами. Дома собирал в кучу материалы для своей книги, пересылал их себе на почту.
При случае говорили слова поддержки военным, спасателям, полицейским. Некоторых знал, потому что в свое время был членом комиссии по отбору кадров в новую патрульную полицию.
У дома, где мы прятались, разорвался снаряд. Говорят, дважды в одно место не попадает. В ту воронку попало снова. Взрывные волны ломились в дверь. С крыши нашего дома торчал неразорвавшийся снаряд. То есть, опасность возрастала.
Когда вы приняли решение эвакуироваться и были ли у вас проблемы во время эвакуации?
Сначала из нашего подвала полицейские забрали молодую женщину с младенцем. Кстати, девочка вела себя спокойно, что передавалось ее маме, бабушке, нам. На эвакуации настаивали сыновья. Мы надеялись, что городу удастся выстоять, ведь не знали, какие силы его атакуют. Наконец обратились в полицию, потому что моя жена Людмила имеет инвалидность. Собрали два чемодана: большой и маленький.
Узнали, как проходит эвакуация, поняли, что поедем только с маленьким, одним на двоих. Взяли лекарства, воду, медицинские карточки, а из домашнего – только надежный ключ для открывания консерв. Какие-то продукты оставили соседям, Я еще захватил свою старую газету «Талисман», которую когда-то выпустил с маленькими сыновьями: о тушении лесного пожара. Оставили даже ноутбук. Жена до сих пор скучает по семейным фотоальбомам. Я тоже. Надо было все оцифровать. Как узнали потом, наша квартира полностью сгорела, со всем, что там было, с моей богатой библиотекой и собранием грампластинок, немалым архивом.
В назначенное утро к подвалу приехал полицейский бусик. Простились, как с родными, с хозяевами (они эвакуировались позже). Сейчас постоянно на связи с ними, другими эвакуированными в разные места друзьями – Светланой Бородавкой, Наталкой Певной, Татьяной Лисовской… Всех трудно перечислить. Есть и такие, кто в ВСУ.
Проблемы с эвакуацией? Бусик был переполнен. Там был и мой коллега Сергей Горелов с женой и тремя маленькими дочерьми, женщина на одеяле, старики, малыши… Как-то доехали. Лисичанский вокзал был забит до отказа. Я стоял с чемоданом, жена – в бесконечной очереди на какую-то регистрацию. Порядок был. Даже в вагоне, где люди сидели, стояли и в коридоре. По какому маршруту едем, не сообщалось. Во Львове, на что даже не надеялись, встретились с младшим сыном Александром. С ним были минут 15, потому что он руководил эвакуационными делами, решал растущие проблемы и вынужден был снова ехать на восток. С переполненного вокзала нас вывез одноклассник старшего сына Константина. В этой гостеприимной семье Денищуков, во Львове мы прожили несколько дней, потом устроились на новом месте.
Чем занимаетесь на новом месте?
Заботы, как и у всех вынужденных переселенцев. Что-то нужно оформить, что-то, слава Богу, получить. Чувствуем человеческую поддержку, общаемся с новыми друзьями. Фамилии этих семей теперь с нами навсегда: Сиби, Харун, Головко, Яремчук, Козак, Андрейчук… Украинцы умеют помогать другим в трудные времена. Кстати, новая подруга, кандидат технических наук Зоя Томаш в мирное время бывала по делам в Северодонецке.
Волонтерим. Это и упаковка гуманитарной помощи, и творческий вклад, в который привлекла креативная семья Белецов. Например, написал стихи для благотворительного спектакля самодеятельного театра (о войне, эвакуации). Был интересный благотворительный аукцион услуг. Кто-то предлагает свои, кто-то их покупает, а деньги идут на разные нужды Украины. Моя новая услуга – написать приветственное стихотворение специально для конкретного человека – привлекла внимание. Ее цена от первоначальной выросла более чем в три раза. Затем благотворительные фонды добавили к заработанному немалые суммы и отправили адресатам нашей помощи за это стихотворение где-то 16 тысяч гривен. Может быть, это поэтический рекорд? На радостях написал покупателю кроме заказанного для друга-юбиляра и стих для него самого. Обоим понравилось. Жду повторения таких акций. Консультирую проект «Рятуючи майбутнє». Это фотовыставка о спасении детей на Центральном железнодорожном вокзале в Киеве, которую посмотрели и практически все ВИП-гости Украины. Бориса Джонсона особенно взбудоражило там письмо к нему от украинского мальчика.
У политиков мне брать интервью сейчас не пришлось. А с основателем Мировой Центральной Кухни испанским американцем Хосе Андресом, человеком-легендой, беседовали. Где они только не побывали с нашим Александром, возглавляющим пассажирское направление Укрзализныци! В аду тоже. Было организовано бесплатное питание на вокзалах, других местах. Питания предоставлялись и северодончанам.
Константин, его товарищи по общественной волонтерской организации Ukraine Global Scholars как менторы помогают тем, кто хочет получить лучшее в мире образование и использовать эти знания в Украине. В этом учебном году помогли молодому северодончанину после получения профтехобразования поступить на полную стипендию в Чикагский университет. Обращаться могут старшеклассники, студенты.
Пополняю общие знания. За событиями в нашем крае слежу на сайтах областной и городской военных администраций, за многими, включая ваши, медиаресурсами, начиная с портала Северодонецк онлайн. На нем размещаю стихи, другие материалы. Не исключаю и соцсети, хотя не понял, за что там меня на месяц забанили. С ботами спорить перестал: это бесполезно. Как что-то творческое возникает? Из волнения, из желания образно выразить свои чувства, мысли. Не бросил аналитическую работу, которая позволяла мне писать острые, резонансные статьи в главных СМИ страны. Чисто информационными жанрами не занимаюсь. Хотя фейки, ошибки, как в свое время медиатренер Академии украинской печати, опровергать настроен. Могу консультировать молодых коллег.
Расскажите, как обстоят дела в работе над книгой «Сєвєродонецьк та його сім’я, написанием которой вы занимались несколько лет?
Работа над книгой идет хорошо. Ею заинтересовался руководитель одного из ведущих издательств Украины «Саммит-книга» Иван Степурин. Известный деятель, основатель объединения «Последняя баррикада» Олесь Доний, который привозил на Луганщину ярких художников, написал мне, что такая очень нужна, и он сожалеет, что подобное не пишут о его родном, тоже оккупированном донбасском городе. Показываю украинскость всего нашего края, опровергаю стереотипы о нем, русскую пропаганду. Исправляю, на основе архивных документов, ошибки историков, краеведов. Подобной книги не было. Там много неизвестных фактов, есть открытия. От, так сказать, доисторических времен до настоящего. Использую свой опыт журналиста-расследователя. Пишу с любовью, но объективно. Показываю все сферы реальной, не принаряженной жизни, истории известных и рядовых людей. Именно по причине последнего и возникла задержка. Обращаюсь к землякам с просьбой рассказать свои истории, жду. Разумеется, нужно время на проверку (фактчекинг). Знаете, звание заслуженного журналиста Украины повышает ответственность за каждое слово.
Планируете возвращаться домой после Победы?
Я пишу книгу об истории всей нашей территориальной громады (включая поселки и деревни), чтобы дальше, тоже как очевидец, написать ее продолжение. Для этого раскрываю потенциал наших людей, которые многое сделали с нуля. И способны сделать.
Как считаете, сможет ли снова предприятие "Азот" возобновить работу?
Наш Александр вместе с гендиректором Укрпочты Игорем Смилянским приезжал туда через два месяца после нашей эвакуации: с гуманитарной миссией. Видел разрушение хорошо знакомого, беседовал с земляками, брал их письма родным. Те времена были тяжелее, чем сейчас. Но его настроение – если будем дружно работать, все преодолеем – передается и нам.
Как рассказал мне председатель Федерации профсоюзов Луганской области Валерий Черныш, многое сделано для трудоустройства наших химиков на Черкасском, Ровенском «Азотах». Он при поддержке коллег, руководителей Северодонецкого «Азота» Леонида Бугаева, Ольги Филяшкиной, добился решения проблем, которые возникли у «азотовцев» с потерей документов. Настрой вернуться при обновлении возможностей для работы есть. Помимо технических факторов обычно требуется соответствующее решение собственника. У меня с ним контакта нет.
Знакомлюсь с делами в релоцированном «Импульсе», на других наших действующих предприятиях. Главное – сохранились, а это – основа и для восстановления города. При разностороннем содействии не только нашего государства. Пожалуй, одних пожеланий маловато. Деловым людям нужны четкие проекты.
На ваш взгляд: сделали ли украинцы за время полномасштабной войны действительно значимые шаги к своему будущему?
Все, что делается ради Победы, бесценно и для обеспечения нашего будущего. Та же Укрзализныця героически осуществляет, казалось бы, невозможно, поэтому удивляются во всех странах. Это имеет прямое отношение и к нашему краю. Перед войной присутствовал на запусках самого длинного в стране маршрута Лисичанск-Ужгород, Слобожанского экспресса, а также северодонецкого троллейбуса – до Лисичанского железнодорожного вокзала. Речь шла также об улучшении грузовой логистики. Правило: «Война – не повод что-либо не совершать» открыло второе дыхание. Наш «Импульс» работает и на железную дорогу. А сколько еще таких примеров именно по налаживанию внутреннего, международного сотрудничества! Значительные шаги в экономике, культуре и т.д. приучаемся делать по собственной инициативе как можно скорее. Тормозов хватает, но учимся преодолевать их. Движение не останавливается.
В «Потязі до Перемоги» есть лисичанский вагон. Билеты в Лисичанск, а это и в Северодонецк, можно купить уже сейчас. Сделайте такой шаг к будущему – приобретите их.
Северодонецк будущего. Каким вы видите город через 10 лет?
Этот город дал и мне жизненное воодушевление. Когда-то писал:
Виріс я на вулиці Шевченка,
Там де клен палає восени.
Тут гуляли ми з тобою чемно…
Ну, а потім йшли сюди сини.
Верю: нам будет что показать и внукам. Для этого следует постараться. Наверное, учтут опыт подобных удобных городов за границей. Открою одну из страниц своей книги. «Азот» спланировали таким красивым «городом в городе», потому что наш Петр Новиков немало перенял в Германии. И в украшении самого города этот руководитель принимал личное участие. Как тысячи земляков. Продолжение современных традиций вижу и спустя 10 лет. А всю будущую крутизну спустя такое время трудно представить.
Стратегия стратегией, однако вижу, что начнем с исправления прошлых разномасштабных ошибок, от которых комфортный в целом город не был избавлен. По крайней мере, больше не должно быть такого, как возле нашего дома, где вообще нет тротуара, где большие квартиры спроектировали совсем бестолково. Конечно, сейчас хоть какое-то жилье, но лучше сразу делать так, чтобы потом не переделывать. Удобным, продуманным должно быть все: от тротуаров в кварталах до разумных транспортных остановок, всей инфраструктуры. Это не из футуристических фантазий, а по практическим соображениям. Мирная жизнь не за горами, а за лисичанскими холмами.
