Историк из Луганска, который сейчас живет в Киеве, автор ряда книг и публикаций поделился с ТРИБУНом своими мыслями о российском вторжении в Украину, провел параллели между событиями прошлого и настоящего и рассказал, зачем оккупанты депортируют жителей захваченных территорий.
- Вы хорошо знаете о новейшей истории региона и о процессах, происходивших на Луганщине еще до так называемой "русской весны", во время и после нее. Существует много споров, в частности, по поводу того, можно ли было предотвратить оккупацию части области в 2014-м году. Как вы считаете, была ли такая возможность?
- Была возможность предотвратить оккупацию, а именно подавить ее еще в начале. Считаю, что на это не было политической воли. Эти процессы происходили по всей Украине, но на Луганщине, в частности, имели местную специфику.
Можно было предотвратить и оккупацию Крыма. Во время событий 20-21 февраля 2014 года десятитысячный митинг крымских татар блокировал парламент Автономной Республики Крым. И если бы была политическая воля руководства Украины, они бы уничтожили отряды "самообороны крымских казаков", которые приехали помогать "местным воинам-интернационалистам". Но, к сожалению, этого не произошло. Впоследствии начали исчезать крымскотатарские активисты и состоялся "референдум". Отмечу, что наиболее боеспособные части ВСУ дислоцировались именно в Крыму.
В то же время в 2013 году в Луганске вообще не было украинских войск. Считаю, что даже без вооруженной поддержки можно было бы подавить все проявления сепаратизма. К сожалению, область была перенасыщена российской агентурой. "ЛНР" как раз и осталась в районах с крупным промышленным производством, которые курировали люди из бывшего КГБ. В слобожанской части области псевдогосударственное образование сразу подавили. В частности потому, что там этой агентуры не было и россияне не считали нужным там ее иметь.
У меня сложилось такое впечатление, что луганская власть играла с сепаратистами в "поддавки", когда выигрывает тот, кто больше "шашек" отдаст противнику. Именно в Луганске переплелись политические противоречия тогдашней украинской элиты. Они не могли решить, кто будет "царствовать" на местах... И это происходило на логистическом управленческом уровне. Тогда же начались кадровые изменения и перетасовка людей на должностях. То есть пока власть была "парализована", из города начали выбивать государственные органы Украины.
Первыми показали реальное сопротивление сепаратистам бойцы Луганского пограничного отряда, которые три дня провели в полной осаде. Параллельно в Луганском аэропорту уже были львовские десантники. Деблокировать пограничников возможность была, но не было согласования, ведь десантники подчинялись Минобороны, а пограничники - Госпогранслужбе. И пока в Киеве принимали решение, в Луганске уничтожали еще одну силовую структуру. Вспомним многомесячную блокаду Луганского аэропорта с апреля по сентябрь.
- Предполагали ли вы, что в 2022-м году начнется новая фаза этой войны? Ведь многие относились к этому скептически не только в обществе, но и во властных кабинетах и в экспертной среде.
- Если бы я сказал, что именно 24 февраля 2022 года начнется новая фаза войны, я бы солгал. Как уже сказал, война началась 20 февраля 2014 года, когда были захвачены аэропорт "Симферополь" и аэропорт "Бельбек" в Севастополе. Именно из-за этих событий крымские татары вышли блокировать Крымский парламент. Поэтому я ждал новой фазы войны, какого-то обострения, потому что не было ее логического завершения. Если есть вторжение, оно должно было чем-то закончиться. Тормозилось оно так называемыми переговорами, которые стороны вели эти 8 лет. Думал, что снова будет пробиваться коридор в Крым, что будет нападение с Арабатской стрелки, но не ожидал, что оккупанты будут действовать так бессмысленно.
К сожалению, у нас в Украине полностью скопирована российская система экспертной среды. То есть народ считает экспертом того, кого видит по телевидению. Так называемые специалисты у нас говорили то, что хотело услышать общество, а чиновники опирались на их мнение. Нам просто сбрасывали российские нарративы и пропагандистские идеи.
- Чего вы как историк от этой войны вообще не ожидали?
- Во-первых, чего я не ожидал, это поддержки от западных партнеров. Для меня удивительно, что вопросы поставки вооружения были так быстро решены. Не думал, что поляки забудут все проблемы между нашими странами и первыми придут на помощь. И что Запад сможет объединить 50 стран вокруг себя. Для меня это была приятная неожиданность.
Во-вторых, я не ожидал, что Беларусь примет сторону оккупанта. Потому что в глазах многих украинцев эта страна и ее власть были воплощением спокойствия или хотя бы нейтралитета. И также не думал, что у оккупантов будет стратегия идти через Чернобыль. Я понимаю, что российская власть не считает своих солдат, но не до такой степени.
- Вы - автор книг "Старобельское эхо Катынской трагедии: свидетели и документы рассказывают" и других работ о востоке Украины. Почти через 80 лет там, где происходили страшные события, описанные в книге, все повторяется. На Луганщине снова обустраивают застенки, в которых издеваются не только над военными, но и над гражданскими, устраивают репрессии. История настолько циклична?
- На Луганщине есть доктор философских наук Александр Михайлович Еременко, он автор "теории событийности". И считает, что любое событие уже когда-то происходило, а впоследствии только повторяется на более высоком уровне, то есть идет по спирали от низшего к верхнему. Вообще здесь не надо быть философом, чтобы это понять. Именно когда в 2000-м году в результате операции ФСБ "Преемник" Путин сказал, что Сталин - его кумир, здесь и стало понятно, что возвращение России к тоталитаризму неизбежно. Этот политический режим не может существовать без репрессий и агрессии.
Луганская и Донецкая области стали полигоном современного тоталитаризма для всей России. Застенки, подавление сопротивления, запреты - это все проверили на нашем регионе. Потому что в Крыму такого не было. А у нас и на сегодняшний день продолжается сталинское прошлое образца 1937-го года.
Под видом эвакуации россияне вывозят людей в палаточные городки, а оттуда отправляют в свои самые депрессивные и худшие регионы. Я напомню, что такие действия противоречат международным нормам и обычаям войны. Тем, кто выезжает без денег, ставят такие условия: или смерть от голода, или подчинение оккупационной "власти". Жителей Луганщины заставляют делать самую тяжелую работу или мыть пол. Большинство мужчин отправляют воевать в рядах российской армии. В таких условиях людей психологически ломают. Детей вывозят под предлогом обеспечения и помощи, а затем принудительно усыновляют в российских семьях. Сейчас поселок Новоайдар стал центром, куда свозят детей под видом диспансеризации, проверки их состояния здоровья. Потом придумывают болезнь и отправляют на "оздоровление". Чаще в Дагестан или Чечню, туда, где другая культура и обычаи.
- Страна-агрессор усиленно русифицировала захваченные в 2014 году территории Луганщины. Сейчас, когда под контролем россиян почти вся область, они делают все, чтобы избавиться от любых упоминаний об Украине: изымают книги из библиотек, переименовывают улицы, ставят памятники палачам и преступникам. Что дальше?
- В 2014 году был запущен не только проект "русской весны", но и "новороссии", то есть отделение всего левого берега Украины и выход к Приднестровью. Но этот замысел не был реализован благодаря бешеному сопротивлению украинцев.
В 2022 году Россия запускает другой проект под названием "вторая Украина" - то есть та, что "навеки с Россией". Осенью 2023 года в Москве вышла книга под названием "История Украины". Один из ее соавторов - луганский коллаборационист Владислав Дейнего, по образованию горный мастер, который даже не доучился. Поэтому если раньше страна-агрессор называла Украину "страна-фейк", "страна 404", то теперь подменяет Украину "малороссией". Россия хочет отобрать все украинское, а оставить только название. В оккупированной Луганской области украинский язык официально не запретили, но все деловое вещание, пресса и телевидение - исключительно на русском. Таким образом, они лишают украинцев собственной идентичности, стирая нашу историческую память. Сейчас на Луганщине происходит то, что называют русификацией украинского населения.
- В сентябре 2023 года оккупанты планируют провести "выборы" на Луганщине. Многие говорят о том, что после них местных коллаборационистов, даже тех, которые отличались лояльностью к РФ, заменят на россиян. Также есть версия, что к управлению захваченными территориями могут привлечь выходцев из запрещенных в Украине Партии регионов и КПУ. Какие ваши мысли по этому поводу?
- Относительно привлечения Партии регионов и КПУ: посмотрите на так называемый "парламент ЛНР" - там все бывшие луганские регионалы и коммунисты, так что они уже давно привлечены "к работе". И это очень большая проблема Луганской области, потому что, к сожалению, на оккупированных территориях господствует большинство этих двух "партий". Они, в свою очередь, полностью копируют российскую Государственную думу. Так называемая "ЛНР" осенью "вошла в состав РФ", где у нее есть представители в верхней палате Госдумы и еще куча разных функционеров. Если с 2014 года они прикрывались вымышленными фамилиями и ездили в командировки, то сейчас их официально отправляют в новый субъект федерации - "ЛНР". В самой России выборов не происходило уже 22 года, была их имитация. Настоящего волеизъявления как в России, так и на захваченных территориях, не будет.
- Какие, по вашему мнению, первоочередные шаги должна сделать Украина после полной деоккупации Луганской области?
- Первое, что надо сделать в рамках всей Украины, - ввести экзамены на гражданство и начинать именно с деоккупированных территорий. Это уже давно практикуют во многих странах мира. То есть человек сдает экзамен на знание украинского языка на бытовом уровне, по истории и Конституции Украины. Далее, именно на Луганщине нужно "отрезать" старое большинство элит, заменить органы местного самоуправления на военно-гражданские администрации на "переходный период", пока не будут проведены необходимые мероприятия по преодолению последствий оккупации. Потому что есть много примеров, когда чиновники "переобуваются" с приходом новой власти и подстраиваются под "новые порядки". Такой печальный опыт уже был и не хочется его повторять.
- Каким вы видите будущее Луганщины при пессимистическом и оптимистическом сценариях?
-При оптимистическом - Луганщина будет освобождена. У зарубежных государств-партнеров уже есть конкретные планы по восстановлению территорий Украины. Таким образом, область будет полностью перезагружена. Будут развиваться не только промышленные и сельскохозяйственные отрасли, но и ай-ти технологии и железнодорожное сообщение. Форпост страны, который прикрывает собой все то, что возродится благодаря репарациям и помощи наших партнеров.
При пессимистическом сценарии - повторятся события, которые уже были в 2014 году: сначала оккупация, жертвы, бои за освобождение, восстановление украинской власти.
Скорее всего, по моему мнению, будет какой-то промежуточный вариант между оптимистическим и пессимистическим. Такой себе "переходный период". Конечно, это не лучший вариант развития событий, потому что логического завершения снова не будет.
Автор: Валерия Демидович
