В 18 лет Екатерина Тешина пошла работать военным медиком и уже почти 10 лет помогает военным на фронте. За эти годы она работала в составе медицинского батальона Украинской добровольческой армии "Госпитальеры" и в Вооруженных силах Украины, спасала раненых на фронте и занималась волонтерской деятельностью.
Ко Дню медицинского работника ТРИБУН пообщался с медиком и узнал, что самое тяжелое в ее работе.
Как вы стали военным медиком?
В 2013-2014 я училась в Днепропетровском медицинском колледже и проходила практику в Областной клинической больнице им. И. И. Мечникова в приемно – диагностическом отделении. В больницу начало поступать очень много раненых. При осмотре я замечала ошибки при догоспитальном этапе. В тот момент тактическая медицина в Украине была на нулевом уровне. Затем госпитальеры стали привозить раненых. Я начала с ними общаться и поняла, что могу пойти к ним и делать все более эффективно. Мы сразу сдружились с ними — так в 2015 году я стала одной из них. В первое время я еще училась и работала с ранеными в Днепре. Нужно было привозить лекарства, проверять их состояние. Как патронатная служба, только в Днепре. Я была госпитальером до 2017 года. Работала в основном на Мариупольском направлении — Широкино, Павлополь, Гнутово. Работала как на ротациях, так и были короткие выезды.
Почему вы решили пойти на войну?
Я много думала об этом, но все окончательно решил случай. К нам в больницу поступил мальчик в день рождения. Ему должно было исполниться 20 лет. Когда его привезли, то он уже был без обеих ног, произошла кровопотеря. Его перевели в реанимационный зал, я брала кровь для анализов. Он сжал мою руку и умер. Его качали 40 минут. Мне было тогда почти 18 лет. Это было тяжело. Я тогда такое впервые увидела и поняла, что я могу что-то сделать. Я могу помочь людям. Это было финальной точкой в принятии решения.
Какое у вас было первое впечатление от фронта?
Я чувствовала страх и тревогу. Это было новое место для меня, но я быстро приспособилась к этому. Потом было чувство непонимания — я не понимала, где нахожусь и как действовать, что можно делать, а что не надо. Потом меня познакомили с бойцами. Они приходили в медицинский экипаж, все рассказывали и показывали. Несколько дней адаптации, хороший коллектив - и все наладилось. Бывало, конечно, тяжело морально и физически. Были разные смешанные чувства. Особенно когда молодые ребята погибали. Я не понимала и не могу понять, почему такая несправедливость? У меня очень часто появляется это чувство.
Как вы начали работать с 54 разведывательным батальоном?
Я очень много с ними работала в 2016 году и прикипела к ним. Комбат тогда предложил мне и моей подруге-медику заключить контракт. Мы долго думали. Где-то полгода. 25 февраля 2017 года я решилась и подписала контракт с 54 разведывательным батальоном им. Михаила Тиши, а 25 февраля 2022 года – закрыла 5 лет. За это время я уже устала, появились проблемы со здоровьем. Тогда я должна была уходить, но началась полномасштабная война, так что я не смогла уйти.
Что пошагово должен делать военный медик?
Конечно, есть утвержденный алгоритм действий, но все зависит от того, какая ситуация вокруг. Алгоритм, который нужно сделать, называется MARCH.
Алгоритм MARCH расшифровывается как:
M (Massive bleeding) – массивное кровотечение.
A (Airway Management) – управление дыхательными путями.
R(Respiration) – дыхание.
C (Circulation) – циркуляция.
H(Headinjury/Hypothermia/Hypovolemia) – Травма головы/Гипотермия/Гиповолемия.
Но, как я уже сказала, все зависит от того, что присходит вокруг и какое ранение у бойца. Если это разведка, медик есть в каждой группе. Очень хорошо, когда боец может оказать себе первую домедицинскую помощь. В общем медик накладывает турникет и оттягивает бойца в безопасное место. В более безопасном месте он осматривает его первично на другие ранения, кровотечения. У военных есть такая форма - "горка". Она сверхплотная, брезентовая, и когда у человека ранение, то она не пропускает влагу. Были случаи при ранениях, когда вытекала кровь в берцы. Поэтому обязательно нужно все проверять, срезать одежду. Далее снова проверяешь на наличие кровотечения. Если есть, то ты останавливаешь его и если раненый в сознании, ты постоянно общаешься с ним. Далее переходишь к проверке дыхательных путей — смотришь визуально, не мешает ли ему что-либо дышать. Это нужно контролировать. Затем проверяешь само дыхание: нормально ли дышит раненый. Потом проверяешь, остановилась ли кровь. Снова осмотр, а дальше нужно проверить, нет ли у раненого травмы головы, и уже потом снять с него мокрую одежду, и, если холодно, - согреть, накрыть его, чтобы он не получил гипотермию.
Следующий шаг – тактическая эвакуация "TACEEVAC". Ты его вывозишь на пикапе в "стаб точки" или к медику, который работает на скорой, или напрямую везешь в лечебно-стабилизационный пункт. Передавая раненого врачам, ты должен заполнить карточку раненого, где указано, какие манипуляции были произведены.
Какие курсы вы проходили для работы на фронте?
Вообще мы все заканчиваем курсы по тактической медицине. Дополнительно, я еще проходила инструкторские курсы и курсы боевого медика. Тогда я училась у британцев, канадцев, литовцев и американцев. Я очень много курсов проходила, но не пользуюсь тактикой определенной страны. Я миксую знания, которые получила от каждой из них. Еще в Украину приезжали британские и канадские эксперты по программе "ORBITAL 2020". Мне понравились эти курсы, но это больше обмен опытом. Мы с этими экспертами вместе проходили курс разведчика. Но с ними еще параллельно проходили курс тактической медицины. Я все еще общаюсь со своими инструкторами из Британии и Америки. Я рассказываю им, как сейчас работают медики. Они говорят, что наши медики просто фантастичны. Они действительно могут поучиться у наших, как действовать в экстренных ситуациях. Когда все горит - ты делаешь свою работу. Те эксперты, которые были в Ливии, Иране и Афганистане, говорят, что здесь все абсолютно не то, что было там.
Вы сейчас работаете на фронте?
С начала полномасштабной войны в связи со многими обстоятельствами я не уезжаю на фронт, а занимаюсь тяжелоранеными. Нахожу врачей для них, реабилитацию, протезирование. Я хожу на службу и заступаю на суточные дежурства. В начале полномасштабной войны я еще занималась волонтерской деятельностью. У меня очень много знакомых из "Азова". Медиков в целом. Я волонтерила на три подразделения. На свое подразделение на 2-3 группы Сил Специальных операций Вооруженных сил Украины и на бригаду Национальной гвардии Украины "Азов".
Чем вы занимались как волонтер?
Есть две девушки из Львова, мы вместе волонтерили — занимались сборами на машины, оптику, медицину, амуницию, спальные мешки... Мы помогали тактической медициной, дронами и т.д. Очень забавная ситуация была, когда я упаковывала лекарства для военных. Я подписывала каждую коробочку. Я писала, как принимать лекарства, какая должна быть симптоматика, чтобы выпить это лекарство, и как пить. Там было написано следующее: "если ты почувствовал, что у тебя болит голова, а еще есть температура, то можешь выпить это по одной таблетке".
Что труднее всего в работе военного медика?
Когда медик теряет своего раненого, это очень тяжело. Я помню каждого своего раненого, помню, какие у него были ранения, как проходил этап эвакуации и, к сожалению, я помню тех, кого не смогла спасти. "У каждого медика есть свое кладбище", - эту фразу я услышала первый раз от врачей в Мечникова. Когда я привезла раненого в составе госпитальеров, и его не спасли. Ко мне вышли врачи и сказали, что у каждого медика есть свое кладбище и я должна с этим смириться, потому что невозможно спасти всех. Я тогда этого не понимала, ведь я столько училась, читала и видела не для того, чтобы не спасать.
Какие у вас планы после войны?
После войны я хочу увидеть всех своих собратьев, обнять их и оплакать наших погибших. Хочу открыть свое собственное дело. Это будет связано с эстетической медициной. Параллельно хочу работать с ветеранами и ранеными в каких-то волонтерских организациях, а может и в министерстве ветеранов. Надеюсь, мои планы сбудутся и все пойдет, как было запланировано. В любом случае я не хочу прекращать заниматься ранеными, потому что эти люди для меня - герои и они заслуживают лучшего. Я хочу делать максимально все, что от меня зависит, чтобы помочь.
Авторка: Елизавета Бережная
Читайте также: Три истории врачей из Рубежного, которых война разбросала по стране
