На временно оккупированных Луганщине и Донетчине люди продолжают болеть за украинскую сборную, находят возможности смотреть онлайн-трансляции и почти не следят за российскими футбольными командами. Мы продолжаем развенчивать тезисы, что в оккупации остались только сторонники «русского мира» и миф о «пророссийском регионе» через призму спорта.
Смотрят ли украинский футбол в оккупации?
“Как два года назад, так и сегодня я смотрю футбол наш, украинский. Болею за нашу сборную, слежу за украинскими игроками в других странах. Это мое, родное...понятия не имею как развивается российский футбол”, - рассказал нам 55-летний Михаил (имя изменено для безопасности человека) из оккупированной Старобельщины.
24-летняя Алина, отец которой находится на оккупированной Луганщине, поделилась своей семейной тайной:
“Когда есть какой-то важный матч, то папа просит по видеосвязи включить просмотр, это я делаю с помощью демонстрации экрана. А раньше включала на ноутбуке игру и все 90 минут держала телефон в руках, чтобы он мог посмотреть. В такие моменты у меня слезы на глазах”.
Ситуация в 2014 и 2022 значительно изменилась, и сегодня, чтобы посмотреть футбол в оккупации, нужно напрячь мозги. Но до полномасштабного вторжения все было доступнее, об этом говорит Артем Карякин, который 8 лет провел в оккупированном Стаханове:
“На кабельном и цифровом телевидении оккупированного Стаханова (могу говорить только за него по своему опыту) были в свободном доступе украинские телеканалы Футбол 1/2/3, где любой мог посмотреть игры Чемпионата Украины. Со сборной было сложнее, поскольку не всегда эти каналы ее транслировали, но в целом у всех были и российские телеканалы Матч, которые транслировали игры сборной Украины на крупных турнирах или матчи квалификаций к крупным турнирам. С этим проблем не было, не говоря уже о стриминговых платформах в интернете, - их в основном не блокировали”.
В 2014 году «русская весна» не смогла перетянуть приверженцев “Шахтера” болеть за, например, “Зенит” или “ЦСКА Москва”.
“Как оказалось - для многих сменить паспорт гораздо легче, чем любимый футбольный клуб. Большая часть жителей Донбасса болела за донецкий “Шахтер”. Даже когда клуб вынужденно покинул оккупированные территории, предпочтения большинства местных жителей не изменились. И болели они за Шахтер, несмотря на гимн Украины перед каждым матчем дончан в Чемпионате Украины. Тоже самое я замечал относительно сборной Украины по футболу. Для многих фанатов этого вида спорта она оставалась своей, несмотря на всю российскую пропаганду. Российскую сборную тоже многие поддерживали, но так было и до 2014-го года: мол, тоже свои. Но об украинских сборных они знали все, а вот российские футболисты, как и футбол в целом, были известны гораздо меньше”, - рассказывает Артем о первых годах оккупации Донбасса.
Все помнят эмоциональное обращение экс-наставника донецкого “Шахтера” Валерия Яремченко в 2015 году, после первого года оккупации, к жителям захваченных территорий:
“Вы довольны теперь отсутствием футбола?! Любого футбола в регионе на пять миллионов душ! Осознаете, что “Шахтер” вернется в Донецк лет через десять в лучшем случае? Осознаете, что “ДНР” и “ЛНР” никогда не примут в цивилизованное футбольное общество?”.
Вероятно, он обращался именно к тем людям, которые открыто поддерживали российскую пропаганду. Но не стоит забывать, что многие жители Луганщины и Донетчины стали заложниками обстоятельств и, не желая покидать родной дом, покорно ждали в оккупации. Большей проблемой в этом плане стала молодежь - они не помнят ни “Зарю”, ни “Шахтер”.
Вот что об этом говорит Артем Карякин. На момент оккупации родного города ему было 16:
“Проблема возникала лишь с молодыми людьми, которые уже не помнили жизни при Украине, некоторые из них ездили в города РФ и пропитывались там интересом к московскому “Спартаку” - эти люди никак не идентифицировали себя с тем же “Шахтером” или “Зарей”, поскольку даже не застали толком их. Обычные последствия оккупации…”.
Нам удалось получить фото стадиона «Авангард» в оккупированном Луганске по состоянию на лето 2024 года:
Сам парень вспоминает волнующие для него матчи, которые пришлось смотреть в оккупации:
“В 2018 году, во время Чемпионата Мира по футболу в России из каждого окна кричали “гол”. Я помню, что не сдерживал эмоций и кричал в окно, когда хорваты выбивали россиян из 1/4 Чемпионата Мира. Это, наверное, самый волнительный матч в моей жизни после Финала Кубка УЕФА, который выиграл Шахтер в 2008-м. Во время Чемпионата Европы по футболу в 2021 году из каждого второго окна было слышно игры сборной Украины, а во многих - еще и украинского комментатора Виктора Вацко. Поэтому, несмотря на ненависть к государству, футбольную сборную Украины продолжали поддерживать даже пророссийски настроенные жители”.
По словам Артема Карякина, футбол - это нечто большее для его фанатов, чем государство, идеология, политика. Также он добавил, что футбол точно имеет огромное влияние на людей в оккупации.
“Через него можно было отправлять нужные тезисы на оккупированные территории, чем не всегда пользовались наши футбольные клубы”, - говорит Артем.
На Луганщине и Донетчине было популярным движение ультрас, Луганск - “Заря”, Донецк - “Шахтер”. Когда РФ в 2014 году начала представлять угрозу территориальной целостности Украины, - именно ультрас одними из первых стали на защиту нашего государства. Это опровергает в очередной раз тезис о полностью “пророссийском регионе”.
Среди погибших “азовцев” есть и активисты сообщества ультрас - например, активист фанатского движения луганской “Зари” с позывным “Аксен”.
“Для футбольных ультрас противостояние - это обычное дело”, - говорит Максим Лысенко, представитель донецкого ультрас из Покровска.
Донецкие ультрас, как и ультрас всей страны, сыграли важную роль в событиях 2014 года.
“Украинские ультрас, например, ультрас Металлиста, Днепра и Черноморца сыграли выдающуюся роль в защите своих городов от оккупации. Благодаря им в их городах пророссийские митинги были подавлены полностью”, - говорит Максим.
Почему не смогла Донетчина, Луганщина?
Не стоит сравнивать Днепр, Одессу с Луганском или Донецком. Россия не имела такие “длинные руки” в 2014, а вот территории Донбасса были “под боком”. Далее о причинах, которые “помогли” оккупировать часть востока рассказывает представитель ультрас из Покровска:
“Во-первых, пропаганда о пророссийском Донбассе работала задолго до этих событий. Поэтому некоторые из местного населения поддались и начали активно помогать расколу Украины.
Во-вторых, количество завезенных российских титушек было гораздо больше, чем в других городах.
В-третьих, полное бездействие правоохранительных органов, а иногда и поддержка боевиков. Подавление донецких ультрас как основной силы сопротивления, отслеживание по домашним адресам и тому подобное. Кстати, за это кто-то был наказан?»
По мнению Максима, фанатская среда формирует настоящий большой патриотизм: любовь к своему клубу, региону, Родине.
Также он вспомнил, когда для него это было впервые:
“Первый раз я попал на футбол в 2008 году. Я был на 19-м секторе, а футбольные ультрас “Шахтера” на 18-м... Кажется, был матч с Киевским Динамо и я его почти не помню. Ведь все мое внимание было там, на фанатском секторе. Уже на следующей неделе во время очередной игры “Шахтера” я был на фанатском секторе. Эмоции ... именно для этого попадают на сектор”.
Однозначно ультрас на Луганщине и Донетчине укрепляли украинскую государственность.
“Если посмотреть на ультрас-секторы Донецка и Луганска до 2014 года, то можно увидеть, что на каждом матче были флаги Украины, баннеры в цветах украинского флага и другая атрибутика в большом количестве.
Футбольные ультрас были фундаментом патриотичности по всей стране. Донецк и Луганск не исключение. Активная патриотическая позиция ультрас была всегда и она проявлялась во всем. Она последовательна”, - добавил напоследок Максим Лысенко.
Россияне часто пытаются продвинуть в информпространстве тезис, что спорт вне политики.
Но следует вспомнить лишь один случай, на примере которого выражение “спорт вне политики” стоит забыть навсегда.
В конце июля 2014 года вратаря молодежной команды ФК “Авангард” Степана Чубенко задержали боевики “ДНР”, когда парень возвращался из Киева в Краматорск. Его пытали и убили за проукраинскую позицию, шарф “Карпаты” и сине-желтые ленты.
Украинская атрибутика действительно всегда стояла на пути для россиян. Но флаги и исполнение гимна - неотъемлемая часть футбола.
“Были и те в оккупации, которые всячески пытались перебороть в себе любовь к донецкому “Шахтеру” из-за капитанской повязки в цвета украинского флага. Так же кто-то мог видеть, что на свободной территории продолжаются матчи, которые любил весь Донбасс, и которые Донбасс потерял именно из-за оккупации и пророссийского вектора. Это могло порождать в людях сомнение в правильности данного вектора, а также ностальгию по жизни при украинских флагах, когда все дружно ездили на “Донбасс Арену””, - говорит Артем Карякин об украинцах в оккупации.
Поэтому футбол - один из показателей любви людей к своей стране, он не может быть вне политики. Люди в оккупации болеют за Украину, потому что Донбасс - это Украина.
