Ирина Ткач – инженер-протезист в Днепропетровском казенном экспериментально протезно-ортопедическом предприятии. С 2016 года она занимается первичным и сложным протезированием военных, пострадавших в результате российско-украинской войны.
Изданию ТРИБУН женщина рассказала о реабилитации после протезирования военных.
С чего начинается работа с военным?
Военные на предприятии проходят допротезную реабилитацию, протезирование и реабилитацию с протезом. У нас есть свой стационар. Уже в стационаре происходит интеграция ветеранов в общество и активную жизнь. Мы вывозим их на тренировки по футболу, волейболу, рыбалке, занимаемся в долгосрочном этапе реабилитацией по скандинавской ходьбе. Наше предприятие производит все виды протезирования и ортезирования. Мы занимаемся как двойными ампутациями, так и миоэлектрическим протезированием верхних конечностей.
Расскажите, что такое допротезная реабилитация, протезирование и реабилитация с протезом?
В начале идет острый период реабилитации, который берут на себя отделение физической терапии. После ампутации они производят раннюю вертикализация и сенсибилизацию. Вертикализация – это регуляция положения тела в пространстве и направлена на поддержание правильного положения тела в течение дня. А сенсибилизацию - это когда швы делают более чувствительны к прикосновениям и становятся подвижными. Физические терапевты и эрготерапевты делают компрессионную терапию. Уже доказано, что пациенты должны надеть протез от 30 до 90 суток после ампутации. Это нужно, чтобы не было разрыва с мозгом, когда человек опирается на недостающую конечность. Походка это наш навык и если это сделать позже, то иначе уже идет процесс протезирования. Т
акже, чтобы иметь мобильного пациента и в хорошем физическом состоянии с ним нужно заниматься с первого дня. То есть если лежать и ничего не делать сухожилия наши сокращаются и, например, колено не полностью разгибается. Это все тоже усложняет процесс реабилитации.
После острого периода, когда швы зажили и хорошо проведена компрессионная терапия, проводится протезирование. Инженер-протезист всегда работает в паре с врачом-ортопедом и травматологом. Все мы являемся частью медицинско-дисциплинарной команды, в которой прописывается индивидуальный план реабилитации пациента. Если это не двойная ампутация, то пациенту кресло-каталка противопоказана. Мы используем костыли или ходунки. Что угодно, чтобы это было не кресло-каталка, но сейчас есть такая ситуация, когда у нас много политравм.
Во время протезирования, когда у пациента несколько травм, врачи решают, что является первоочередным и что второстепенно. То есть сначала протезируется та конечность, которая более важна для жизни пациента. Протезирование должно максимально восстановить функции утраченной конечности пациента. Если это нижние конечности, они восстанавливают функциональность на 80-90%. С верхними конечностями это посложнее.
В начале мы сразу делаем индивидуальный план реабилитации. Есть краткосрочные и долгосрочные планы, на которых мы выбираем протез. Если, например, военнослужащий мечтает вернуться на службу, то протез выбирается грязоустойчивый, влагоупорный. То есть такой протез, который ничего не боится и выдерживает дополнительные 50 кг сверху, потому что военному еще нужно надеть бронежилет и все остальное снаряжение, которое прибавит дополнительный вес.
Затем уже идет реабилитация с протезом. Первоочередно, что делает физический терапевт – это учит пациента правильно одевать, снимать протез, правильно ухаживать за ним. Мы учим его правильным ощущениям и объясняем, что если появились качество неприятные ощущения, он должен обратиться к своему протезисту. Дальше уже пациент делает упражнения с протезом. Он должен отрабатывать упражнения на ступенях, вставать, садиться с кровати, со стула. Реабилитолог, протезист и пациент вместе прорабатывают все пожелания, которые есть у пациента.
Как происходит реабилитация военных в стационаре?
После протезирования они находятся в стационаре. Когда мышцы уже в хорошем состоянии и ребята уже знают, как правильно делать шаги, мы начинаем отрабатывать эти навыки на уровне инстинктов. При протезировании нижних конечностей с ребятами мы занимаемся настольным теннисом, потому что это учит не смотреть на ноги и немного отвлечься. Мы пробовали еще футбол. Было много эмоций, но была проблема, что они постоянно бьються костылями, протезами. Потом попробовали скандинавскую ходьбу и поняли, что это наш вариант. Очень удобно, что палочки заменяют костыли, хотя в этом случае держать равновесие сложнее. Палочки – это дополнительные точки равновесия, а также они дают нагрузку на руки, которая снимается с протезированной ноги. Во время скандинавской ходьбы пациенты ходят на разных типах почвы: брусчатка, камни, трава.
Сколько длится реабилитация и от чего зависит ее продолжительность?
Реабилитация зависит от самой травмы. Если это просто ампутация и ее уровень ниже колена, то до полутора месяцев. Если это бедро, то здесь искусственная стопа и искусственное колено. В этом случае реабилитация может быть 3,4, 6 месяцев. Если в истории пациента была контузия и он не может держать равновесие, это сильно задерживает реабилитацию. Конечно, все эти месяцы пациент может не находиться в стационаре. Он может ехать домой на какой-то период.
С какими травмами к вам обращаются пациенты?
До войны мы имели дело больше с пожилыми пациентами. Сейчас мы работаем с минно-взрывными травмами верхних и нижних конечностей. За последние полтора года с минно-взрывными травмами к нам обращались как гражданские, так и военные. Также есть огнестрельные ранения, которые привели к ампутации, есть и двойные и тройные ампутации, а также травмы, возникшие из-за передержания турникета.
С какими проблемами в реабилитации вы сталкиваетесь сейчас?
Есть проблема нехватки профессиональных кадров, действительно людей с образованием и опытом работы. Потому что, например, даже в 2014 году с минно-взрывными травмами к нам обращались десятки, сотни людей, а сейчас у нас уже тысячи обращений. Специалисты нужны уже вчера и в большом количестве. На одни рабочие руки приходится много пациентов. Также важна проблема, когда есть двойные ампутации и нужно выбирать реабилитацией, какой конечности заняться сейчас. Были случаи, когда протезировали одну конечности и делали другую уже протезированную конечность ведущей, чтобы передать частичную нагрузку на нее.
Были ли такие случаи реабилитации военных, которые вас удивили?
Ребята меня постоянно удивляют. У меня был пациент в такой хорошей физической форме, что сразу надел протез и пошел в тренировочный зал. Обычно когда протез надевают, пациенты несколько дней просто стоят, адаптируются. А этот одел и пошел. Также я помню, как мы обучались новой технологии мгновенного протезирования. Это когда приемная гильза протеза делается на пациенте. После учебы мы должны были приехать в Украину и заниматься этим. У меня был военный с ампутацией выше колена. Один из его запросов был ехать через полгода на велосипеде.
Мои более опытные коллеги из Европы мне написали, что невозможно и не нужно ставить цели, которые нельзя достичь. Через полтора месяца мы с пациентом сбросили им видео, где он ездит на велосипеде, на скутере, на самокате, на мотоцикле. Еще был парень, которому сделали обучающий протез бедра. На нем очень сложно стоять и держать равновесие. Два дня спустя он показал, как ездит с детьми на велосипеде. Это было на майские праздники. Еще было видео, как он пахал землю под картошку, потому что картошка это святое. Это было реально круто. Видео с ним стали вирусными и попали в тикток и другие соцсети. То есть с нашим ребятами уже никто не ставит никаких рамок, сроков. После таких случаев мы понимаем, если человек что-то хочет, то он это достигает. Все остальное в голове.
Из каких областей к вам могут обращаться военные?
К нам могут обращаться военные со всей Украины, но как бы безупречно ни был сделан протез, протезист и пациент будут встречаться очень часто. Если, например, мой пациент будет находиться в 1000 км от меня это не очень удобно, потому что протез требует обслуживания. Центр протезирования следует выбирать, чтобы было комфортно добираться. Нет смысла кому-то из Донецкой области ехать во Львов скажем так. Сейчас мы принимаем Донецкую, Луганскую, Херсонскую область. У нашего предприятия есть сайт, где люди могут посмотреть всю информацию о нас. Там также есть телефон регистратуры, куда можно позвонить и человека уже направят к нужному специалисту. Сейчас у нас 42 койка места, но к новому году мы планируем расширить стационарное отделение до 200 мест.
Автор: Елизавета Бережная
Читайте также: Студентка Луганского государственного медицинского университета из Рубежного основала проект для женщин
