Восстановят ли справедливость и разбитые войной дома в Луганской области?

Война на территории Украины разрушила инфраструктуру в двух областях страны, лишила тысячи людей домов, и право на благосостояние. Граждане, чьи дома пострадали во время боевых действий, остались один на один со своей бедой, несмотря на деятельность международных организаций и благотворительных фондов.

До войны Луганский регион существовал за гранью нищеты: хозяева со времен «перестройки» использовали этот регион в своих собственных меркантильных целях, наживаясь, на продаже заводов, фабрик и бесплатном труде местных жителей. После 20 лет жалкого существования в дом жителей Луганщины пришла война, опустив существование людей еще ниже, лишив их какой никакой, но частной собственности.

Как человеку, проработавшему всю жизнь на заводе за ставку, и вложив всю жизнь в обустройство квартиры или дома, снова купить новое жилье? Или как многодетной семье в депрессивном регионе заново отстроить дом? Среда, которая окружает жителей Луганской области разрушительна и жестока: бюрократические проволочки загоняют людей в темный угол, отсутствие работы лишает возможности приобрести собственный новый дом…

 

Пострадали по причине удобного стратегического расположения

Окраина города Рубежное, двухэтажный дом многодетной семьи по улице Трудовая, 27 стал мишенью для гранатомета террористов. В июне 2014 года боевики «ЛНР» установили наблюдательный пункт в этом доме, а также из дома они обстреливали позиции сил антитеррористической операции в Старой Краснянке.

«Во время первых обстрелов, 22 мая,моя семья находилась дома. Боевики пытались и в этот день попасть в наш дом, но испугались, так как периметр был закрыт. Они не стали взламывать входные ворота. Мы стали свидетелями того, как боевики стреляли из гранатометов по украинской армии из-за угла нашего дома», - рассказывает Анна, хозяйка дома и мама четырех детей.

Обстановка накалялась в Луганской области, и Анна с мужем вывезли детей из города, оставив ключи от дома своему родственнику, который живет по соседству.

 В июне 2014 года боевики присмотрели дом в качестве своего наблюдательного пункта: «Когда заходили в дом, не захотели даже ручку повернуть, открыли дверь при помощи автоматной очереди». Боевики, которые заняли дом Анны, были не местными, но навел на дом именно рубежанин, который хорошо знал эту многодетную, и, но не бедную семью. Муж Ани местный бизнесмен, в его собственности несколько городских заправок.

Просидев в доме два дня, боевики успели вынести все самое ценное: «Из дома боевики вынесли всю бытовую технику: компьютеры, телевизор, холодильник и другое. Не побрезговали даже нашей с мужем одеждой, обувью и игрушками наших детей. Уверенна, что, если бы террористы просидели у нас в доме еще пару дней, вынесли бы тогда все подчистую», - рассказывает Аня.

Уходя на рассвете из дома многодетной семьи, боевики на прощанье выстрелили по нему из гранатомета. Дом вспыхнул: «Пожарные приехали быстро, в течении нескольких минут, но начать тушить не могли, так как требовалось отключение электроэнергии, а на это необходимо было разрешение ЛЭО».

Управление электрической компании находится в Северодонецке: «Четыре часа утра, террористический блокпост между городами… Кое как договорившись с боевиками, пожарные проехали. Время на дорогу туда, и обратно, плюс составление акта на месте пожара, и сорок минут потеряны», - рассказывает Анна хозяйка дома.

Пожарные не могли просто стоять и смотреть, как огни пламени пожирают семейные фотографии, картины: «Ребята в течении этих сорока минут вынесли из пылающего дома, что смогли: фотографии из комнат, какие-то мелкие вещи. Я понимаю, что только благодаря ответственности и сочувствию наших пожарных, все эти бюрократические проволочки заняли только сорок минут, а не часы».

Второй этаж сгорел полностью: уничтожено огнем перекрытие, металлочерепица, и даже повреждена кирпичная кладка: «На протяжении месяца дом стоял без крыши. Мы вернулись в город, и сразу же накрыли дом черной пленкой».

В первое время после своего возвращения домой, семья Анны сразу стала обращаться в различные инстанции за помощью, как государственные, так и в различные международные организации: «Мы сразу стали обращаться в местные органы самоуправления, написали Президенту Украины. Местные органы нам отписывались и аргументировали тем, что нет пункта в законодательстве о том, что они имеют право компенсировать ущерб пострадавшего жилья в результате боевых действий. Обращались также в ПРООН, но ответа от них не получили. Ущерб разрушений составил около 2 миллионов, но мы справляемся своими силами, заняли денег, конечно, очень помогают друзья. Сейчас начали подготовку комнат к ремонту.

Первое время мы обращались, а потом поняли, что есть семьи, которые оказались в худшей ситуации, чем мы. Бедными людьми мы себя никогда не считали».

Дом многодетной семьи в городе Рубежное по улице Трудовая, стал единственным, который пострадал именно в таком масштабе. Есть несколько задетых осколками заборов частных домов, поврежденные газопроводы, которые рубежане также восстанавливали за свои средства.

 

Единственный полуразрушенный многоэтажный дом в Луганской области

Девятиэтажный дом №17 в городе Лисичанске пострадал от бомбежек во время освобождения города 24 июля 2014 года. На момент, когда снаряд попал в дом, там находился один человек 85-летний пенсионер. Другие жители дома прятались по подвалам, некоторые выехали из города, когда его захватили боевики.

Снаряд полностью уничтожил 36 квартир, и в первом подъезде, одна квартира пострадала от осколков. Пожарные тушили пламя три дня, с 24 по 27 июля.

«Двухкомнатная квартира наших родителей сгорела полностью. Мой тесть 85-летний пенсионер, участник Великой Отечественной войны, был в квартире в момент попадания снаряда в дом. Дед сам выбрасывал из окна квартиры личные вещи, одежду, стулья и книги. Соседи, когда выбегали из горящего дома не смогли вывести его из квартиры, он наотрез отказался выходить. Тестя вынес на своем плече только пожарный. В тот день его спасли, но тесть не перенес  потерю своей квартиры, и умер через некоторое время», - рассказывает Анатолий Нагорный, руководитель инициативной группы жителей многоэтажного дома №17.

26 июля жители пострадавшего дома, осознавая масштабы трагедии, решили создать официальную инициативную группу.

«Мы обращались сначала в городские местные власти города Лисичанска: городской совет, прокуратуру, СБУ. Потом наша инициативная группа обратилась в Луганскую областную военно-гражданскую администрацию, а затем стали писать обращения Президенту Украины, Премьер-министру, Министру регионального развития, в Верховную Раду и уполномоченному ВР Украины по правам человека», - рассказывает Анатолий Алифирович.

Активные граждане написали письма даже в посольства 15-ти иностранных государств в Украине. 22 июля 2015 года, когда Президент Украины Петр Порошенко посещал Луганскую область, представители инициативной группы жителей дома №17 передали лично в руки Петру Алексеевичу обращение от всех жителей дома с просьбой помочь.

После назначения Елизаветы Пушко-Цибуляк первым заместителем руководителя Луганской ВГА Георгия Туки, состоялось несколько встреч с жителями дома №17 и казалось решение проблемы начало двигаться в позитивном направлении: «Ранее наша инициативная группа получила более 250 писаем-отписок, в которых нам объясняли причину отказа в оказании помощи. Но, Георгий Тука и Елизавета Пушко-Цибуляк стали заниматься вопросом компенсации от государства для пострадавших жителей многоэтажного дома №17».

Юрий Клименко и Елизавета Пушко-Цибуляк

Власти даже определились с размером компенсации - за один квадратный метр 4 тысячи 600 гривен. Здесь началась скрупулёзная работа по сбору документов по каждой пострадавшей квартире: «Жителям пострадавшего дома должны были открыть счета в Ощадбанке, куда должны были перечислить компенсацию за потерянное жилья. Деньги должны были пройти такую схему: Кабмин (резервный фонд) – Луганская областная ВГА (департамент экономического развития, торговли и туризма)– Лисичанский городской совет – Управление ЖКХ и на личные счета пострадавших жителей дома №17».

По словам Анатолия Нагорного в Киеве хотели, чтобы квартиры людям покупал именно исполнительный комитет, но руководитель Луганской областной ВГА Георгий Тука и его заместитель Елизавета Пушко-Цибуляк убедили министров в том, что каждый пострадавший должен купить жилье самостоятельно: «Кто-то из пострадавших захочет купить квартиру в другом городе, кто-то планирует приобрести дом. Именно поэтому Елизавета Михайловна убедила министров в Кабмине, что лучше отдать людям деньги».

По причине того, что деньги Кабмин перечислил в конце декабря 2015 года, областная власть не приняла их, так как это был конец финансового года, и освоить все средства не было возможности: «Нам предложили, чтобы не ходить снова по пяти министерствам, перенести решение вопроса на январь 2016 года», - рассказывает Анатолий Нагорный.

После новогодних праздников состоялась очередная встреча заместителей губернатора Елизаветы Пушко-Цибуляк и Юрия Клименко, с жителями полуразрушенного дома №17. На этой встрече людям пообещали, что их вопрос решается и к концу января 2016 года деньги будут на счетах.

«В конце января состоялось заседание Кабинета Министров Украины, на которое отправились первый заместитель Лисичанского городского головы Андрей Шальнев, представители из Луганской областной ВГА, которые курируют наш вопрос. На этом заседании оказалось, что ни одно министерство не подготовило необходимый документ для выделения компенсации», - говорит Анатолий Алифирович.

13 февраля инициативная группа получила письмо из Департамента экономического развития, торговли и туризма Луганской областной ВГА: «Это письмо привело нас в смятение. В письме сказано, что 18 января 2016 года были отправлены в Киев все документы по нашему дому. В то же время, 13 января во время встречи с заместителями губернатора нам сказали, что все уже готово, ждем деньги… И что этим письмом нам пытаются сказать? Получим ли мы помощь? Что областная власть, все, что могла, сделала, а теперь мы должны подключаться? Мы не знаем, что нам делать дальше, куда обращаться?.. Ведь у нас даже нет денег, чтобы поехать в Киев, и обратиться напрямую в Кабинет Министров Украины!».

Жители полуразрушенного дома №17 очень возмущены тем, что новоизбранный мэр Сергей Шилин ни разу не встретился с ними, и не посетил полуразрушенный дом в его городе: «У нас большие претензии к нашему мэру Сергею Шилину. Он уже три месяца сидит в своем кресле, и скорее всего даже не знает где находится наш дом. Наш дом - единственный в Лисичанске, Северодонецке и Рубежном, который пострадал в таком масштабе», - отмечает Анатолий Нагорный.

А пока бюрократические процедуры продолжают затягиваться, 108 семей скитаются по Лисичанску, пока их имущество лежит под завалами. Дом, и завалы не разбирают только потому, что это считается частной собственностью, и пока люди не получить компенсацию ни о какой разборке дома речи быть не может.

Как рассказал Анатолий Алифирович, Лисичанский исполнительный комитет, под давлением области, предложил около 60-ти вариантов заброшенного жилья, из них лисичане выбрали только 15 квартир: «Квартиры фактически разрушены, там нет газовых печек, отопления, ванн, туалетов, линолеума ит.д. Но поскольку людям не где жить, они стали обустраивать то, что им выделили на время. Понятно, что прописка у людей остается прежняя, по дому №17».

Четыре семьи проживают в общежитии медицинского училища, одну семью пристроили работодатели, две семьи проживают на дачах, и еще две семьи остались в полуразрушенном доме №17. По словам Анатолия Нагорного, осталось только электричество, а отопления, газа и воды, нет. «Люди остались в своих поврежденных квартирах, потому что им не куда пойти. Где им жить?».

«Еще 4 семьи сами арендуют квартиры. Но, сейчас уже задолжали за аренду квартир. Работы нет, денег нет. У нас кроме желатинового и пивзавода все производство стоит, но и на этих предприятиях работает 600 человек. Наши градообразующие предприятия разобраны или стоят. Например, содовый и стекольный», - рассказывает Анатолий Алифирович.

Никакого статуса у жителей многоэтажного дома №17 нет, и это усложняет получение каких-либо социальных льгот: «Но так как у нас нет никакого статуса, мы сами, инициативная группа, ездим по общественным организациям, благотворительным фондам и международным организациям».

По словам Анатолия Нагорного, жителям дома №17 уже помог Красный крест и другие благотворительные фонды: «В декабре 2014 года благотворительный фонд Романовского выдал по 5 тыс. грн. на семью, Геннадий Москаль, еще когда занимал пост губернатора Луганщины,выделил по 3 тыс. грн. на семью». С миру по нитке, людям помогают в основном продуктами питания и продуктовыми ваучерами. Даже украинские воины сочувствуют людям, которые остались без жилья: «Первый месяц нам возили продукты сотрудники МЧС. Первые три недели после трагедии нас кормила столовая Северодонецкого«Азота». К нам приезжала Национальная гвардия из Артемовска, привезли продукты, ребята поделились с нами своими пайками».

Во время нашей беседы Анатолий Алифирович отметил, что терпение у жителей дома №17 уже заканчивается, практически все люди могут испытали тяжелейшую психологическую травму. Бюрократические проволочки доводят людей до крайностей, и как сдерживать гнев жителей дома №17, инициативная группа уже не знает. 

 

По вопросу компенсациидля жителей многоэтажного дома №17

По словам бывшего руководителя Лисичанской военно-гражданской администрации, депутата городского совета Виталия Шведова, результат по компенсации за потерянное жилье жильцам дома №17, будет только ближе к весне 2016 года: «Все документы по дому №17 отправлены в Киев, в соответствующие министерства. Суммы компенсаций будут разниться, можно примерно назвать такие цифры: 270 тыс. грн. за 3-ком.квартиру, 200 тыс.грн. за 2-комнатную квартиру».

Виталий Шведов

Виталий Шведов сказал, что исполнительный комитет рассчитал приблизительные цифры по проекту демонтажа дома: «Проекта демонтажа пока нет, есть только приблизительный расчет, который рассчитали в управлении ЖКХ Лисичанского городского совета».

Директор департамента массовых коммуникаций Луганской областной ВГА Денис Денищенко сказал, что Луганская областная военно-гражданская администрация занимается решением проблемы по дому №17 в Лисичанске, но Кабинет Министров иногда просто игнорирует, то, что происходит в Луганской области:

Денис Денищенко

«Ситуация по выделению компенсаций для жителей дома №17 в Лисичанске, практически такая же как по другим разрушенным домам на Луганщине. Кабмин только заявляет о компенсациях, а на практике ничего не делает. Более полутора лет люди вынуждены скитаться по съемным квартирам, общежитиям и полузаброшенным баракам. Никакой реальной помощи от Кабинета министров нет. Складывается впечатление, что наших министров не интересует то, что происходит в регионе, в котором идет война. Люди здесь остались без своих квартир и домов, и без какой-либо надежды на безопастное и благополучное будущее», - сказал Денис Викторович.

 

Помощь международных организаций по восстановлению разрушенного жилья в Луганской области

В Украине сейчас активно работает представительство Норвежского совета по делам беженцев (NRC) – международная, гуманитарная, некоммерческая, неправительственная организация. Гуманитарную деятельность организация стала проводить с ноября 2014 года. Сегодня в Северодонецке находится полевой офис Норвежского совета.

Татьяна Степкина

«В рамках нашей деятельности мы реализуем Программы  восстановления жилья, выдачи продовольственных и непродовольственных товаров, водоснабжения, а также оказываем бесплатную правовую помощь. Для нас очень важно помочь восстановить как можно больше домов, поврежденных или разрушенных в результате боевых действий. В основном, это стройматериалы. В рамках программы восстановления жилья мы помогаем отстраивать частные дома и на сегодня мы помогли восстановить 3 тыс. 982 дома», - рассказывала начальник отдела по связям с общественностью Норвежского совета по делам беженцев Татьяна Степыкина.

Ярким примером  помощи Норвежского совета по делам беженцев в восстановлении жилья стал частный дом в городе Попасной: «Дом был поврежден в 2014 году, степень разрушения была очень серьезной. Наша организация предоставила семье Цыбань все необходимые стройматериалы, батареи и котел для отопления».

В Попаснянском городском совете работает представитель Норвежского совета по делам беженцев в местных громадах: «Наш  представитель собирает информацию о поврежденных домах и изучает ее, а наши инженеры приезжают на объекты и оценивают степень разрушения, и насколько объект соответствует нашим критериям. И потом мы приступаем к выделению гуманитарной помощи. Это обычно стройматериалы. Также в этом районе мы проводили программу по утеплению домов в прифронтовых  селах», - сказала Татьяна Степыкина.

Помимо Попаснянского района и города Попасная, много домов было восстановлено в Лисичанске: "Наш пилотный проект – это полное восстановления домов, которые не подлежали ремонту. Пострадавшие семьи смогли получить средства или материалы для строительства новых домов.  Наше государство не может справиться с этой задачей, Норвежский совет по делам беженцев выявляет наиболее нуждающиеся семьи и помогает им. Что касается помощи жителям дома №17 г.Лисичанск, то Норвежский совет по делам беженцев много раз оказывал помощь непродовольственными товарами: постельное, матрацы, одеяла, зимние наборы, гигиенические наборы. Более того, мы доставили помощь жителям этого дома, которые переехали, на их новые адреса".

В основном Норвежский совет по делам беженцев работает в прифронтовой зоне или в тех населенных пунктах, которые находились на линии соприкосновения. Активно развернул свою работу в Станично-Луганском районе.

Помимо частных домов Совет помогает восстанавливать инфраструктурные объекты. На данный момент была оказана помощь строительными материалами для восстановления 4 образовательных и оздоровительных учреждений, детского сада.  Как пример - школа в Трехизбенке.

 

Вопрос восстановления домов в результате боевых действий в Луганской области решается по-разному, но какой-либо единой системы по оказанию помощи людям, в нашем государстве, нет. У людей, которые остались на улице, без крыши над головой, складывается убеждение того, что они остались одни со своей бедой, и «высокие» чиновники в своих кабинетах далеки от простых, среднестатистических граждан.

Екатерина Яценко