По данным ООН, Украина сейчас является одной из самых заминированных стран мира. При этом часть военных действий после начала полномасштабного вторжения в 2022 году происходит в зоне плодородных почв страны и всей Европы. И именно они оказываются под влиянием загрязнения и эрозии, что в значительной степени негативно сказывается и на дикой природе.
Какие последствия для экологии Донбасса несут за собой боевые действия, в интервью ТРИБУН рассказал председатель Донецкой региональной организации "Всеукраинской экологической лиги" Алексей Бурковский.
- Расскажите о сфере биоразнообразия на Донбассе до начала российско-украинской войны? Какие у нас были перспективы и какие звенья преобладали?
- По всей Украине, в том числе и в Донецкой области, ситуация в этой сфере была довольно сложная. Даже государство не выполняло планы, которые сначала были прописаны в стратегии экологической политики до 2020 года, а сейчас - в законе об основных принципах стратегии экологической политики до 2030 года. Исходя из поставленных задач, Украина должна сделать 15% природно-заповедных фондов по всей стране, увеличить площадь экстенсивных угодий - лугово-степных экосистем - более чем на 2,7% от территории страны и увеличить лесистость. К сожалению, эти планы мы не выполняли по всем регионам. Хотя могу сказать, что Донецкая область сделала значительный рывок с 2015 по 2020 годы - на ее территории была создана самая большая площадь природно-заповедного фонда в Украине за указанный период.
Негативно повлияла на расширение природно-заповедных фондов и реформа децентрализации. Почему? Потому что государство фактически лишило себя земель государственной собственности, а большие массивы природных участков были переданы территориальным общинам. То есть раньше земельный вопрос решался на уровне райгосадминистраций и облгосадминистрации. А сейчас нужно отдельно обращаться к каждой громаде и просить тот или иной участок для создания заказника или расширения национального парка. Конечно, это усложняет работу. Есть громады, руководство которых идет навстречу, потому что понимает экологическую ситуацию в стране. А есть те, у кого свои планы на определенные участки, даже если эта земля непригодна для обработки. Например, склоны балок, прибрежные полосы и тому подобное.
- Какую популяцию животных мы потеряем из-за полномасштабной войны?
Первая большая проблема, которая у нас возникла, - это потеря большого национального парка "Меотда", который расположен на землях государственной собственности бывших Новоазовского, Мангушского и Никольского районов Донецкой области. Природные территории, которые расположены возле Новоазовска, были потеряны еще после начала войны в 2014 году. Там было много редких видов животных и птиц. Например, кудрявый пеликан, который занесен в "Красную книгу". А вот по морским водоплавающим птицам района Азовского моря - сейчас мы не имеем контроля и данных о них. Я думаю, что большие потери у нас могут быть и в национальном парке "Святые горы", который расположен вдоль русла Северского Донца от Харьковской области на северо-западе и до Луганской - на востоке в Славянском, Лиманском и Бахмутском районах Донецкой области. И сейчас там водятся большие популяции цапель, водоплавающих птиц, куликов. Здесь также могут быть очень неприятные экологические последствия, вызванные боевыми действиями.
- А был ли на территории Донбасса опыт увеличения флоры и фауны, который мы могли бы использовать в восстановлении этой сферы после окончания российско-украинской войны?
- Да, был у нас интересный опыт во время антитеррористической операции в Луганской и Донецкой областях. Тогда на этих территориях запретили охоту и после этого был значительно заметен рост фауны. Причем большого ее количества. Увеличились популяции кабанов, косуль и других видов животных. Это был показательный случай для всей Украины, на который, к сожалению, тогда почти не обратили внимания. Сейчас масштабы бедствия совсем другие. Большое количество животных погибло, а часть из них была вынуждена мигрировать и приспосабливаться к новым условиям жизни.
- Сейчас хуже ситуация в сфере биоразнообразия по сравнению с той, которая была после начала войны в 2014 году?
- Конечно, сейчас ситуация хуже, ведь у нас пострадали очень ценные природоохранные объекты. Мы несем значительные потери. Огромные пожары вызывают военные действия в национальном парке "Святые горы" в Донецкой области. Неподалеку от линии соприкосновения у нас расположены региональные ландшафтные парки "Клебан-Бык" и "Краматорский", которые также подвергаются разрушению.
Боевые действия жесткие. Пострадали десятки тысяч гектаров как природных сельскохозяйственных угодий, так и пахотных земель. Неизвестно, как это будет решаться со временем. Сейчас мы уже разрабатываем государственную концепцию экосистемных услуг.
- Объясните, что такое экосистемные услуги.
- Экосистемные услуги это функции экосистем и блага, которые они предоставляют, и которые выражены в экономическом виде. Например, защита почвы от эрозии, фиксация углекислого газа, формирование гидрологического режима местности (наполнение подземных источников, рек). Все эти функции степей, лесов, болот экономисты сейчас пытаются оценить в денежном эквиваленте. Соответственно, это позволяет нам подсчитать убытки в случае повреждения экосистем в результате действий страны-агрессора, чтобы требовать потом компенсацию за это.
В Европейском Союзе есть расчеты по экосистемным услугам. Они начисляют компенсации землевладельцам, которые не используют интенсивно свои частные земли. Мы также хотим и должны переходить к этой системе.
- Станут ли земли более опасными после переработки металлических и химических остатков на территории Украины, где шли боевые действия?
- Я очень много внимания уделяю теме консервации земель и могу сказать, что в этом вопросе все очень непросто. Концепция общегосударственной целевой программы использования и охраны земель, которая была принята за месяц до полномасштабного вторжения, 19 января 2022 года, предусматривала, что площадь пахотных земель в Украине сократится до 44% от территории самой страны к 2032 г. Сейчас, по данным нашего государства, она составляет 54%, а по данным Всемирного банка - почти 57%. Это прямой путь к опустыниванию, ведь получается, что более половины нашей страны это просто перепаханное поле. В эту цифру включен и большой процент деградированных земель, которые нельзя перепахивать. Их нужно законсервировать. То есть вернуть на них естественный растительный покров. Осуществить залужение, то есть насадить лугово-степные травы, залеснить или просто оставить под ренатурализацию, то есть самозарастание.
Перед полномасштабным вторжением была поставлена задача - сократить в Украине площадь пашни на 10% от территории всей страны. Это, по разным оценкам, - от 6,5 до 7,5 миллионов гектаров.
Из-за войны мы вынуждены будем консервировать и те земли, которые до недавнего времени были плодородными. Концепция предусматривала, что мы будем консервировать земли, прежде всего, на склонах, где нельзя пахать, каменистых почвах и на землях, имеющих малое содержание гумуса. Это те земли, которые нельзя обрабатывать. На них можно было возродить естественный покров и в дальнейшем использовать для расширения территории природно-заповедного фонда.
Если уровень загрязнения в землях будет превышать допустимую концентрацию, мы будем вынуждены их консервировать. От государства это также требует упрощения процедуры консервации, а также нужна разработка системы выкупа деградированных земель или компенсации землевладельцам.
- Что вы имеете в виду?
- В Украине около 7 млн владельцев паев. Обычно люди сдают земли в аренду фермерам или крупным компаниям и получают арендную плату. Но если же земля пострадала в результате войны, даже если она разминирована, но химические показатели указывают на то, что участок все еще загрязнен - сдать его в аренду владелец уже не может. Поэтому это представляет большую проблему, как экологическую, так и социальную. Часть землевладельцев остаются почти ни с чем. Именно на тех территориях, где шли интенсивные боевые действия. Ведь сейчас земли очень загрязнены и избиты воронками. Поэтому там будут ужасные химические показатели. Оптимальный вариант для государства - выкупить эти земли для консервации и постепенно передать их в природно-заповедный фонд.
- Для возрождения любой сферы нужно изучать уже существующий опыт. Скажите, а изучается ли Украиной опыт стран, которые восстанавливали свои земли после больших войн?
- Да, некоторые наши специалисты изучают опыт Франции после периода первой мировой войны. Участки в стране, которые было запрещено обрабатывать, - были оставлены для самостоятельного восстановления. Это решение оказалось очень правильным, поэтому я думаю, что мы также сможем внедрить этот метод в восстановлении наших территорий. А на востоке Украины, возможно, будет такая же ситуация, как в зоне отчуждения Чернобыльской атомной электростанции. Самовосстановление природы на загрязненных землях.
- Есть виды почв, которые более уязвимы к боевым действиям?
- Да, это зависит и от самой почвы, и от уязвимости определенных видов растений и животных. Если на черноземе произойдет взрыв, то растительность там восстановится быстрее, ведь это - плодородный, структурированный вид почвы. А если - на меловом, то восстановление происходит гораздо дольше.
- А возможно ли восстановить плодородие земель, которым был нанесен ущерб?
- Национальная академия аграрных наук предлагает сделать градацию земель по шкале загрязненности. Те, которые менее пострадали от боевых действий, могут использоваться и в дальнейшем. Возможен уровень загрязнения земель, на которых нужно проводить мелиоративные работы, сделать рекультивацию - насаждать определенные растения и с урожаем выносить часть вредных веществ. Эти земли после ряда восстановительных действий можно будет вернуть к сельскохозяйственному использованию. Также есть земли, на которых можно будет выращивать только технические непищевые культуры, например, для производства биодизеля. И есть участки, которые мы не сможем никак обрабатывать, и они должны быть законсервированы и со временем превращены в природоохранные территории, ведь у нас имеет место дефицит земель для его расширения.
- Существует ли план по разминированию и восстановлению земель на следующие после окончания войны годы и сколько на это нужно времени?
- До 2022 года у нас считалось, что деградированные, малопродуктивные пахотные земли составляют от 6,5 до 9 миллионов гектаров. Это площадь, равная территории Днепропетровской, Харьковской и Донецкой областей вместе взятых. По последним данным Национальной академии аграрных наук, на конец 2023 года около 10-15 млн гектаров составляли деградированные земли. Четкой оценки и конкретной цифры нет, это очень большое колебание. Когда закончится война, тогда и увидим настоящую ситуацию и понятные убытки. Что касается технологий восстановления, то они существуют, но это уже вопрос цены и времени.
Читайте также: Родился в США, но жить хотел в Северодонецке: Брайан Милаковский о последствиях войны для экологии Луганщины
