Майя Беридзе: “Когда я видела, что у нас все плохо, то получала еще большую мотивацию и желание что-то изменить”
В свои 26 она успела побывать во многих странах мира, получить образование в Польше и вернуться в Украину, чтобы изменить отношение жителей Луганской области к инклюзии и толерантности. Родом из Грузии, в 2000-х девушка вместе с семьей переехала в Северодонецк, где им удалось создать свое сообщество единомышленников. Про путешествия, волонтерство и мотивацию,"Трибуну" рассказала заместительница главы ГС «Луганская Ассоциация организаций людей с инвалидностью» Майя Беридзе.
Текстовая версия (сокращенно)
В рамках вашей работы в сфере инклюзии вы реализовываете проект «Лаборатория толерантности». В чем суть проекта? С какой целью вы его создали?
Лаборатория толерантности — это масштабный проект, которым занимаемся я и еще одна девочка Яна Литовка. Мы вместе проводим лабораторию в игровой форме. Это проект ПРООН, направленный на то, чтобы воспитать в людях толерантность. У нас послевоенная конфликтная зона и, в основном, проблемы возникают из-за непонимания каких-то вещей. Мы ездим по громадам Луганской и Донецкой областей, это 17 городов. Уже провели 3 лаборатории до карантина и сейчас запустили онлайн формат. Этот проект важен не только потому что базируется на толерантности. Так как я работаю в ассоциации людей с инвалидностью, нам важно дать правильное понимание этой группы и ее потребностей. Как выяснилось, многие не знают даже, как называть таких людей. Это большая проблема, образрующая разныв между людьми. Люди, у которых есть проблемы со здоровьем, - не социальны, большинство из них - не успешны. У них нет какого-то контакта с внешним миром. А люди, которые не сталкивались с этим, не знают, как себя вести. И получается, что никакого контакта нет, потому что люди с инвалидностью боятся навредить, а люди без инвалидности боятся, что их неправильно воспримут. В лаборатории мы рассказываем, какие уже проекты ассоциация реализовала, какие потребности у людей с инвалидностью, что мы для них можем сделать. Мы даже элементарно учим, как называть людей с той или иной инвалидностью.
Кто целевая аудитория проекта?
Работаем мы с молодежью, в основном со школьниками последних классов и студентами. В зависимости от города, в который едем, мы выбираем тот или иной контингент людей. В основном, молодежь, потому что мы можем воспитать в них это. Уже «устаканившиеся» рамки сложно поменять, но мы можем воспитать новое поколение. Мы можем дать понять, как вообще обстоит ситуация. У нас были проекты в сфере инклюзии, где работали волонтеры. Один из них — фестиваль, где люди с инвалидностью могли танцевать. Волонтеры помогали нам с организацией и после его окончания их восприятия много вещей в сфере инклюзии поменялось.
Сейчас на своем примере пытаемся показать, как должно быть, как может быть, и то, что это касается всех. Потому что инклюзия касается не только людей с инвалидностью, а абсолютно всех. Например, мамочек с колясками, которым нужна правильно построенная дорога или те же бордюры. Мы хотим показать людям, что они это делают не для кого-то, а для себя. Также мы поднимаем вопрос волонтерства и пытаемся как-то развить его в нашем регионе. Легче всего это сделать, когда ты показываешь свои достижения и опыт кому-то. У нас есть опыт волонтерской деятельности и мы с помощью него пытаемся показать, что можем быть активными и полезными, независимо от возраста.
Как обстоят дела с инклюзией на Луганщине?
Сейчас все постепенно налаживается, т.к. после начала войны к нам зашли международники и начали подниматься вопрос инклюзии. Ранее никто не думал, как эти люди живут, как они могут делать элементарные вещи. Как оказалось, у нас инклюзия на очень низком уровне и это большая проблема. Я, например, очень люблю путешествия. Они дают мне большую мотивацию и силы. Когда едешь куда-то, то не просто смотришь здания какие-то, а вдохновляешься, встречая людей с идеями, смотришь, какие проекты уже реализованы и перенимаешь опыт. Потому что мы в плане инклюзивности отстали от других стран. У нас была игра с ассоциацией, и мы делали по нескольким городам области видеопроект, где показывали, как люди с инвалидностью могут, например, заехать в супермаркет или ту же аптеку. Это показало, насколько у нас катастрофическая ситуация. У нас нет пандусов или чего-то подобного. У нас есть только старые здания. Мы их не можем изменить, но можем влиять на то, что строится сейчас.
Существуют ли уже подобные проекты в сфере инклюзии?
Про похожие на лабораторию проекты я не слышала, но в сфере инклюзии, на самом деле, много. Насколько они работают - это уже другой вопрос. Раньше мало кто этим занимался здесь. Я думала, что у нас мало людей с инвалидностью, но когда мы начали вести статистику, ездить по области и реализовывать проекты, то оказалось их очень много. И была проблема, когда я пришла мотивированная изменить что-то, а эти люди просто сидели и смотрели на меня. Мне было некомфортно и обидно, потому что они были очень пассивными. Но потом, когда мы больше сталкивались с ними, то начали осознавать ситуацию. Потому что люди бывают разные, с разным характером. На многих просто влияет социум, который их не понимает. Причем во всех сферах. В образовании вообще катастрофа, потому что дети не могут учиться в тех условиях, которые предоставляет государство. Они не могут быть на ровне с другими. Инвалидность может быть разная: ментальная, физическая. Например, если у человека только физическая, а ему нужно учиться и он хочет чего-то достичь, то государство ему не предоставляет равные условия для обучения, начиная со школы. Потому что уроки на дому ограниченные во времени. Фактически, должны быть огромное желание и мотивация самостоятельно работать. Поэтому мы стараемся захватывать все сферы.
В большинстве мы работаем с молодежью, потому что в будущем ребята закончат университеты и станут инженерами, банкирами или бизнесменами. Человек, который понимает эту проблему, знает о ее существовании, будет действовать по-другому. Мы хотим показать со стороны людей с инвалидностью, что все возможно и плюс - обратить внимание на проблему за счет наших участников, спонсоров и наставников. Мы объдняем возможности!
Где можно узнать про ваши мероприятия или инициативы? Кто и как может присоединиться к ним в роли волонтера или участника?
Наша лаборатория подразумевает, что у нас нет ограничений по возрасту, инвалидности, расы и т. д. Мы толерантны ко всем и пытаемся рассмотреть все виды дискриминации, которые могут быть. Тот, кто просто хочет посетить нашу лабораторию, может написать нам в соцсетях. Мы всегда анонсируем все и потом делаем отчетность о том, что и где провели. В городе, в который мы собираемся поехать, тоже проходит своего рода реклама, которая позволяет присоединиться к нашим мероприятиям. В скором времени будут онлайн занятия, где все желающие могут присоединиться и послушать.
Какие инициативы в рамках вашей работы на должности заместительницы главы Ассоциации удалось реализовать?
Конкретного направления деятельности нет. Ассоциация занимается всем, что касается вопросов людей с инвалидностью. У нас были различные проекты, такие как мониторинг, где мы пытались донести до власти и общественности, что есть такие проблемы и их нужно решать. Был фестиваль, где показывали людей с инвалидностью с другой стороны, показывали, что они могут все то же самое, что могут быть активными и жить, как все. Также недавно реализовывали проект «Мережа інклюзивних громадських радників». Из-за того, что ассоциация областная и мы не можем охватить все в каждом конкретном населенном пункте, у нас, в рамках проекта, образовались такие советники, которые в том или ином городе фиксируют проблемы людей с инвалидностью. Эта вся информация доходит к нам и мы уже пытаемся сделать все на более масштабном уровне. Получается, что у нас проекты направлены на инклюзию, но в разных направлениях.
Когда и как вы начали заниматься волонтерской деятельностью? Почему это важно для вас?
Я - человек, который считает, что невозможно отдать то, чего у тебя нет. Поэтому всегда пытаюсь «напитаться» тем, что хочу принести в свой город, свою жизнь или жизни людей, которые меня окружают. Когда я окончила университет в Польше, то мне было сложно вернуться назад в Северодонецк. Когда ты приезжаешь откуда-то, где все более-менее хорошо, то начинаешь видеть проблемы у себя в городе, в людях, обществе в целом.
Начала активничать в нескольких проектах, куда меня приглашали поучаствовать. Так я попала в Ассоциацию и весь год ездила на разные проекты и мероприятия. Когда видела, что у нас все плохо, то получала еще большую мотивацию и желание что-то изменить.
Насколько развит уровень общественного активизма в Луганской области?
Изначально меня удивило, что люди, которые могут изменить что-то в городе и области, а это прежде всего молодежь — пассивные. Они не верят в то, что могут что-то сделать. Почему-то, постоянно винят власть, вместо того, чтобы начать что-то менять вокруг себя. Другая часть людей просто не знает, как это делать, где брать проекты, как в них участвовать. До многих людей просто не доходит информация. Но тех, кто не верит в перемены все-таки больше.
Хотелось бы, чтобы было больше осознанно активных людей. Не просто тех, кто собрался чем-то заниматься, а тех, кто намерен вносить какой-то вклад в место и общество, в котором живет.
У вас очень активная семья. Можете рассказать больше об инициативе вашего отца центр «Бисмилля», сферах и направлениях его работы?
Может быть, будет звучать очень пафосно, но я реально горжусь своим отцом. Он на своем примере доказал, что можно изменить то, что ты хочешь и создать с нуля то, чего не было.
Он начал свою деятельность в 2008 году из создания религиозной общины. Это такой исламский культурный центр, где реализуются различные проекты. У нас в городе ничего такого не было раньше и построить его стоило очень больших финансов и усилий. Вначале отец просто собирал людей на квартирах, где они знакомились за чаем и рассматривали какие-то идеи. Спустя 12 лет появилось огромное здание, где мы провели ремонт. Сейчас организация активно участвует в жизни области, на различных мероприятиях в разных направлениях. Например, есть инициатива, в рамках которой мы каждое воскресенье кормим нуждающихся людей. Это, на самом деле, стало очень популярно. Есть постоянные люди, часто приходят новые. Все происходит на заднем дворе нашего центра и летом из-за жары или дождя бывает очень проблематично это организовать. Мало активных людей, которые хотели бы помогать. Мой отец и участники центра за свой счет и своими силами делают это все. Мы бы хотели выйти другой уровень, купить большие палатки или построить более стабильное место, куда люди могут приходить и есть. Многие нас поддерживают, но есть и те, кто осуждает это. Я для себя поняла насколько это важно. У всех разные обстоятельства. Темперамент у всех тоже разный: кто-то слабее, у кого-то просто не получилось. Я считаю неправильным из-за этого осуждать людей и не помогать им. Некоторые вещи легко сделать, и если бы было больше активных людей, которые могли бы тоже помогать, то это было бы еще масштабней.
Почему стоит заниматься волонтерством? Что это может дать каждому?
Это прокачивает тебя. Чем больше ты развиваешься, тем больше ты интересен. Чем больше ты интересен, тем больше ты полезен. Я имею ввиду, что ты полезен не только обществу, а в первую очередь самому себе. Это способствует налаживанию связей, что помогает тебе стать заметным. Часто происходит так, что ты молодой, перспективный человек, который выходит в общество, но тебя никто не видит и не знает. Если ты хочешь чего-то большего, чем просто работать 8 часов в день на работе, которая тебе не нравится, то должен для этого создавать себе имя, собирать социальный капитал. Волонтерство, в первую очередь, помогает наладить связи. Также ты можешь для себя определить, что тебе нравится, а что — нет. И волонтерство подразумевает не только нашу область, оно может расширяться по Украине, за границей. Волонтерство — первая ступень, которая формирует тебя, как личность. Также ты пробуешь новые вещи.
Вы учились в Польше и вообще много путешествуете по другим странам. Не было мыслей остаться в одной из них и уже там продолжать заниматься этим?
Мы можем ездить, учиться, привозить что-то с собой и развивать место, в котором живем. Когда я вернулась из Польши в Украину и начала здесь заниматься активностью, то поняла, что у нас всегда во главе люди более зрелого возраста, у которых много опыта и очень мало идей. У молодежи обычно очень много идей, но нет возможности их реализовать. Путешествия помогают тебе ловить эти моменты и уже в паре с теми же опытными людьми могут получаться крутые проекты. Когда мы ведем лабораторию, то всегда говорим: «Едьте, волонтерьте, где угодно. Просто привозите нам потом это и давайте делать нашу область лучше».
Читайте также:
Юлия Гакова - о проблемах стартапов и будущем бизнеса на Донбассе;
«ПлюсМинусБесконечность»: почему журнал о культуре Луганщины следует прочесть каждому;
Сергей Летучий: « У меня есть одно правило – молодежь хочет тусить».
Беседовала Александра Карапуз
