Северодонецк – новый дом
Рита Тхоренко родилась в солнечном Узбекистане, в городе Фергана. Там она жила довольно долгое время, пока в 2012 не встретила своего будущего мужа - северодончанина.
“У меня была двойная возможность приехать в Украину: первая - это, конечно, гостевание у своего будущего мужа, а вторая – навестить свою подругу в Ровно, которая тоже выходила замуж за украинца”, – рассказывает узбекистанка.
Рита вспоминает, что, приехав на свадьбу к подруге, которая проходила во Львовской области, мать мужа переживала за нее, потому что она не владеет украинским языком:
Она очень боялась, что у меня из-за этого могут быть проблемы, предостерегала меня. Но ничего плохого не произошло, наоборот, я познакомилась со многими прекрасными и светлыми людьми, с которыми до сих пор имею теплые отношения. Также все мои страхи и стереотипы об Украине развенчались.
Северодонецк – город, который кардинально отличается от Ферганы. Но маленькому промышленному городку на востоке Украины все же удалось поразить узбекистанку.
“Я переехала в Северодонецк в 2012 году. Сначала он вообще не понравился, потому что в то время Узбекистан был более современным и красивым. Поэтому контраст чувствовался – Северодонецк казался серым, мрачным, к тому же в воздухе можно было почувствовать неприятные выбросы с АЗОТа. Но позже муж пригласил меня на прогулку в старые районы города, которые поразили меня. Тогда я решили жить именно там, почти через дорогу от роддома, где у нас родилась первая дочь. Тогда я неожиданно для себя поняла, что влюбилась в этот город. Он подарил семью, друзей и воспоминания. Это, пожалуй, самый счастливый промежуток моей жизни – Северодонецк», - с улыбкой вспоминает женщина.
Война и творчество
События, которые разворачивались на востоке Украины в 2014 году из-за вооруженной агрессии РФ, заставили Риту переживать. У нее было предчувствие, что это все просто так не пройдет.
“У меня даже из-за этого начало портиться здоровье, потому что я будто знала, что это все ни к чему хорошему не приведет. Муж мне не верил, а я постоянно проверяла новости и однажды поняла, что больше не могу так, надо отвлечься. В сети я наткнулась на фотографию очень красивого обруча, сделанного собственноручно. Тогда я начала следить за мастерицей, смотреть различные мастер-классы о работе с полимерной глиной, а потом решилась сделать что-то сама”, – рассказывает женщина.
Сначала Рите не понравилось работать с глиной и она решила оставить это дело.
“Я попробовала разные виды глин, мне они показались очень странными – у меня ничего не получалось, не понимала, что именно я делаю неправильно. Где-то около месяца все так и пролежало. Не знаю, что потом меня подтолкнуло снова взять в руки глину, но все же решила попробовать. Оказалось, тогда я начала работать со свежей, очень мягкой глиной, а полежав, она приобрела правильную консистенцию, начала поддаваться. Это была какая-то магия: я смогла превратить сырой материал в нечто красивое и объемное. С того момента я больше не расставалась с этим занятием.
Интересный факт: в детстве я ненавидела лепить, это было невыносимо для меня. В детском саду всегда делали выставки из таких работ, а мои, кажется, были самыми ужасными”, – вспоминает северодончанка.
Тогда женщина погрузилась в работу с полимерной глиной и начала делать веночки, которые надевала на работу, там она получала приятные комплименты:
“В то время я работала с детьми, была репетитором по английскому языку. Тогда моя ученица Катя спросила у меня об обруче: «Это вы с Алиэкспресса заказали?». Для меня это было комплиментом, я поняла, если изделия выглядят так, будто их можно откуда-то заказать, значит они выглядят хорошо”.
Позже в ТРЦ «Джаз» в Северодонецке открыли магазин фурнитуры и бижутерии, где были представлены изделия из полимерной глины. Рита узнала, что там будут проходить мастер-классы по этому занятию, которые организовывала продавщица этого магазина.
“Я очень хотела научиться объединять свои изделия металлической фурнитурой. Поэтому договорилась с мастерицей, и мы выбрали удобное время для этого. Придя вовремя, я поняла, что мастер опаздывает, и в самом «Джазе» какая-то суета: все куда-то спешили, перешептывались, говорили о взрывах. Это был 2014-й, и я поняла, что началось. Мастер-класса не было, нам уже было не до этого. Все северодончане, которые в то время были там, понимают, какой тяжелый период мы переживали.
Несмотря на все, мой муж все равно работал. Ночью мы слышали громкие взрывы, я не спала, потому что оберегала его сон – ему нужен был отдых, а я могла и днем поспать. Все ночи я лепила. Все свои страхи отпускала через свое хобби”, – вспоминает Рита.
Позже женщина решила поехать в Ровенскую область к своей подруге, чтобы переждать все те события, которые происходили в Северодонецке.
“Я собрала все, что у меня было: бруски глины, фурнитуру, уже готовые изделия. Думала, что и там смогу отвлекаться. Уже в Ровно у меня состоялись первые продажи – друзья, знакомые покупали украшения, а некоторые даже продавали мои украшения на местном рынке. Для меня это был уже новый уровень, потому что одно дело, когда ты просто что-то создаешь, а второе – кто-то хочет это приобрести себе”, – рассказывает Рита Тхоренко.
После возвращения в Северодонецк мастерица решила постепенно развивать и коммерциализировать свое увлечение, создав на местном сайте объявление.
“Я понимала, что надо переходить на новый уровень продаж, поэтому на доске объявлений на сайте sd.ua писала о своих работах, прикладывала фотографии и ждала заказов. Позже создала страницы в социальных сетях, где публиковала фото своих работ. Так у меня появилось много новых знакомых не только из Северодонецка, но и со всей Украины”, – вспоминает Рита.
Северодончанка также рассказывает и о том, как, объединяясь с другими мастерами, помогала нуждающимся:
Благодаря своему делу я и окунулась в благотворительность... Однажды мне написала одна мастерица, которая помогала детям и бездомным животным. Она собирала неравнодушных художников, которые готовы были пожертвовать свои изделия на помощь нуждающимся. Я всегда в этом участвовала, потому что люблю быть причастной к добру, к чему-то светлому. Если мой вклад сможет кому-то помочь – я всегда только рада.
За год до полномасштабного вторжения Рита с семьей переехали в Лисичанск. Именно там их застали первые взрывы.
“В ту ночь я вообще не могла спать – что-то предчувствовала. Смогла заснуть только около утра, тогда почему-то уже проснулся мой муж, он уже заваривал кофе. Я проснулась, потому что услышала движения в квартире. Не спеша, взяла в руки телефон и увидела на странице подруги из Сватово, что там стреляют. Далее уже в спешке начала читать новости и поняла – началось. Сразу мы подготовили небольшой подвал, который находился в нашем дворе. Бегали туда очень часто, было страшно, земля содрогалась. Дома я только готовила еду, чтобы покормить ребенка. Так мы жили около трех дней, а дальше поняли, что ничем хорошим это не закончится. Ребенка надо вывозить”, – рассказывает женщина.
Вынужденное переселение
Полномасштабная война внесла свои коррективы в жизнь и желания Риты. Ей, как и миллионам украинцев, пришлось уехать из Украины ради сохранения жизни своих детей. Сначала женщина вернулась в Узбекистан, оттуда в Ровно, а затем в Великобританию, где проживает и сейчас.
“Когда я вернулась из Узбекистана, наши друзья предложили нам с мужем пожить в их доме в уютном поселке Ровенской области. Это был один из лучших моментов периода войны. Компания друзей помогла пережить неприятный период. Там я продолжала свою деятельность, делала чашечки на заказ, серьги. Один из заказов был от украинки, которая хотела поблагодарить женщину из Польши за помощь. Тогда на белой чашке «родилась» красивая девушка в цветах польского флага”, – рассказывает мастерица.
В то время Рита Тхоренко хотела перейти от чашек к серьгам, однако посуда все равно имела популярность среди заказчиков.
“Я не могла не делать чашечки, потому что они нравились многим. Но все же большинство своего времени пыталась направлять на производство сережек, потому что мне это нравилось. В этом мне помогали друзья – Рома и Катя Козинские, также переселенцы из Лисичанска. Рома помог купить аппарат для шлифовки и для сверления, потому что я в этом вообще не разбираюсь. Благодаря этому мои работы вышли на новый уровень, потому что у меня была возможность доводить их до совершенства”, – говорит Рита.
После переезда в Британию продажи у мастерицы почти остановились, потому что чтобы коммерциализировать свое дело в Британии, надо иметь официальное разрешение.
“В Британию я приехала без всех своих инструментов, потому что подарила их своей подруге, которая уже дважды потеряла все: сначала она переехала из Луганска в Северодонецк, а потом оттуда в Киев. Полностью с чистого листа я начала творить уже в Британии. Все, что нужно было, – печь, глина и руки. Все остальное можно было потихоньку докупать. Здесь я решила прежде всего сделать приятное нашим спонсорам (людям, которые помогают украинцам с жильем) – я слепила красивые кулончики им в подарок.
По реализации моих изделий – к сожалению, пока не могу рассказать об успехах своего дела здесь, потому что, чтобы получить разрешение на продажу, надо соответствовать отдельно определенным критериям. Один из них – выйти на определенный заработок. Я такой путь пока еще не прошла, но очень хочу попробовать”, - рассказывает мастерица.
Однажды Рита все же попыталась опубликовать свои серьги на британском сайте вроде нашего OLX, где местные мастера также продавали свои изделия и различные инструменты для хендмейда. Там ее изделиями заинтересовались и приобрели эти украшения для проекта – рекламы места для проведения свадеб в Англии.
Планы и желания через призму войны
О возвращении домой Рита Тхоренко говорит неуверенно, потому что не знает, что ее ждет завтра:
Мы за границей временно, поэтому мы не знаем абсолютно ничего о будущем. Будем смотреть на обстоятельства, которые нас постигнут. Для меня, для моих детей без Украины, без друзей, без всего привычного грустно. И в Северодонецк очень хочется вернуться: пройтись по улице 8 марта, вдыхать ароматы лип и акаций в своем родном старом районе.
Читайте также: "Мечтаю снять фильм о том, как больно потерять родной дом", – Вера Рябушенко из Горловки
